Кропоткин Петр¶

Kropotkin Pyotr Alexeyevich (1842–1921)¶

Russian theoretician of anarchism and geographer, member of a princely family. Took part in explorations (mainly in Siberia) and collected interesting material on physical geography. Kropotkin rationalised the theory of continental glaciation: Issledovaniye o lednikovom periodye (The Ice Age, an Enquiry), 1876.

In the 1870s, Kropotkin joined the Narodnik movement (see Narodism), was imprisoned in 1874, and escaped abroad two years later. In 1917, Kropotkin returned to Russia. In his works Khleb i Volya (Bread and Freedom), 1892; Sovremennaya nauka i anarkhism (Modern Science and Anarchism), 1913; etc., he developed the theory of so-called communist anarchism. For Kropotkin, the society of the future was to be a federation of free productive communities, formed as a result of a social revolution.

Kropotkin's philosophic views were a blending of positivism and mechanistic materialism. Contrary to the Marxist concept of history, Kropotkin proclaimed the concept of abstract mutual aid, which he considered to be the corner-stone of social development. Repudiating dialectics, Kropotkin considered the inducto-deductive method of natural science to be the only scientific method of thinking. He was considerably influenced by the positivism of Comte and Spencer.

Кропоткин¶

Кропоткин Пётр Алексеевич [27.11(9.12).1842, Москва, - 8.2.1921, Дмитров, похоронен в Москве], русский революционер, один из теоретиков Анархизма, социолог, географ и геолог. Родился в семье генерала, богатого помещика из древнего княжеского рода. Был камер-пажом царя. Окончил Пажеский корпус (1862), служил в Амурском казачьем войске, затем чиновником особых поручений при генерал-губернаторе Восточной Сибири. В 1864 путешествовал по неизученным районам Северной Маньчжурии, в 1865 - по северному склону Восточного Саяна, в 1866 исследовал Патомское нагорье и Витимское плоскогорье (Олёкминско-Витимская экспедиция Русского географического общества). По окончании экспедиции вышел в отставку (1867) и учился на физико-математическом факультете Петербургского университета, служил в Статистическом комитете министерства внутренних дел.

Ещё в Пажеском корпусе в значительной мере под влиянием «Колокола» и «Современника» складывались демократические воззрения К.; дальнейшее развитие они получили в годы пребывания его в Сибири, где он наблюдал жизнь народа, был свидетелем полевого военного суда в Иркутске над участниками Кругобайкальского восстания (1866). Позднее революционное движение в Западной Европе, особенно Парижская Коммуна 1871, деятельность Первого Интернационала и чтение социалистической литературы придали его взглядам революционный характер. В начале 1872, посетив Бельгию и Швейцарию, он примкнул к бакунистскому крылу Интернационала; в мае, возвратившись в Россию, вошёл в общество чайковцев. К. вёл пропаганду среди петербургских рабочих, составил записку «Должны ли мы заняться рассмотрением идеала будущего строя?» (1873), в которой отразилось анархическое направление его взглядов. В 1874 арестован и заключён в Петропавловскую крепость, в 1876 бежал из тюремного госпиталя и эмигрировал за границу. Провёл в изгнании свыше 40 лет. С 1879 К. издавал в Женеве газету «Револьте» («Le Révolté»). В 1881 выслан из Швейцарии, а в 1883 на Лионском процессе анархистов приговорён к 5 годам заключения. В результате протестов общественности в 1886 освобожден из французской тюрьмы. Поселившись в Англии, К. занялся теоретической разработкой проблем анархизма, научной работой в области социологии, биологии, географии; сотрудничал в парижских журналах «Револьт» («La Révolte») и «Тан нуво» («Les Temps Nouveaux»), основал в Лондоне газету «Фридом» («Freedom»), был одним из хранителей фонда помощи русским эмигрантам. К. называл своё учение анархическим коммунизмом, обоснованию его он посвятил ряд работ (на французском и английском языках): «Речи бунтовщика» (1885, рус. пер. 1906), «Хлеб и воля» (1892, рус. пер. 1902), «Анархия, её философия, её идеал» (1896, рус. пер., 1900), «Современная наука и анархия» (1913, рус. пер. 1918) и др. Разделяя основные принципы родоначальников анархизма, он, в отличие от П. Ж. Прудона, был сторонником социальной революции, в которой видел не стихийный бунт (как считал М. А. Бакунин), а сознательное действие народа, оплодотворенное революционной мыслью. К. различал в обществе два враждебных начала: «народное» и «начальническое», борьба между которыми составляет содержание исторического процесса. Поступательное развитие общества, по мнению К., осуществляется в форме чередования революционных скачков и эволюционных процессов. Главным содержанием будущей социальной революции К. считал революционное творчество масс, а будущее общество представлялось ему союзом вольных общин, объединённых свободным договором. По мысли К., первоочередные задачи социальной революции составляют: экспроприация всего, что служит или может служить эксплуатации (в т. ч. и предметов потребления), установление прямого обмена городских товаров на с.-х. продукты, интеграция труда (обработка земли не только сельскими, но и городскими жителями, соединение интеллигентного и физического труда), сочетание умственного образования с физическим трудом. Анархо-коммунистическая утопия К. выражала интересы мелкого производителя.

Анархическая доктрина К. непосредственно связана с его естественнонаучными представлениями. В области биологии его идеи о взаимопомощи как факторе эволюции, об отсутствии внутривидовой борьбы представляли собой развитие одного из важных направлений дарвинизма. Установив, что все биологические формы жизни зиждутся на взаимной помощи и поддержке, К. перенес это положение и на общественную жизнь. Наряду с этим К. признавал, что как биологическая, так и социальная жизнь проникнуты началом борьбы. Но социальная борьба плодотворна и прогрессивна тогда, когда она, уничтожая старые формы, помогает возникновению новых, основанных на принципах свободы, справедливости и солидарности. Прогрессивна борьба трудящихся против эксплуататоров, но она, по мнению К., не должна превращаться в борьбу за власть, которая якобы неизбежно вырождается в произвол и деспотизм. Сформулированный К. закон взаимной помощи и солидарности лег в основу его этического учения. Основы человеческой нравственности он видел в солидарности, справедливости и самопожертвовании, а истоки их - в инстинкте взаимопомощи, который человек перенял из мира животных. В противовес анархическому индивидуализму, К. стремился построить реалистическую этику («физику нравов»).

В 1900-09 К. входил в заграничные организации русских анархистов, участвовал в издании пропагандистских брошюр для России, сотрудничал в анархистских изданиях «Хлеб и воля» (1903-06, 1909) и «Листок «Хлеб и Воля»» (1906-07). В годы Революции 1905-07 выступал в её поддержку, против карательной политики царизма. В 1907 в числе немногих русских эмигрантов был гостем 5-го (Лондонского) съезда РСДРП. В историческом исследований «Великая французская революция 1789-1793» (1909, рус. пер. 1914), явившемся итогом 25-летней работы и получившем впоследствии высокую оценку В. И. Ленина, К. первым показал роль парижских секций и крестьянского движения в революции. В годы 1-й мировой войны 1914-18 К. занимал оборонческую позицию, резко осужденную Лениным. В июне 1917 возвратился в Россию, в августе выступил на Государственном совещании в Москве с призывом к «социальному миру».

Оставаясь противником государственной власти, К. признал международное значение Октябрьской революции и высоко оценил роль Советов. С 1918 К. жил в Дмитрове. В 1919-20 встречался с Лениным. Летом 1920 обратился к международному пролетариату с призывом «заставить свои правительства отказаться от мысли о вооружённом вмешательстве в дела России». В русском революционном движении анархические идеи К. не сыграли значительной роли. Известное распространение они имели в странах Западной Европы (Испания, Италия, Швейцария, отчасти Франция), в Латинской Америке, Индии. Как учёный-естествоиспытатель К. известен своими работами в области географии и геологии. В годы службы в Сибири К. начал разработку схемы её орографии («Общий очерк орографии Восточной Сибири», «Записки РГО по общей географии», т. 5, 1875) и впервые обнаружил следы древнего оледенения и вулканизма в Восточном Саяне. С 1868 К., став секретарём отдела физической географии Русского географического общества, работал над проблемой освоения северных морей и теоретически обосновал существование в Северном Ледовитом океане суши («Доклад комиссии по снаряжению в северные моря», 1871), открытой два года спустя и получившей названия Земли Франца-Иосифа. В 1871 исследовал ледниковые отложения в Финляндии и Швеции. В работе «Исследования о ледниковом периоде» (т. 1, 1876; т. 2 не изд.) привёл доказательства широкого распространения в антропогеновое время материкового оледенения на территориях Европы, Азии и Северной Америки. К. показал, что многие рыхлые отложения (валуны, пески и др.) и ряд форм ледникового рельефа (морены, озы и др.) возникли в результате существования и деятельности мощного ледяного покрова и талых вод. Эти взгляды полностью подтвердились дальнейшими исследованиями (см. Ледниковая теория). За границей К. сотрудничал с Элизе Реклю в подготовке издания «Земля и люди. Всеобщая география». Участвовал в работе Лондонского географического общества, писал статьи по географии России для «Британской энциклопедии» (9-11 изд., 1875-1911), был сотрудником (1883-1917) журнала «The Nineteenth Century and after XIX-XX», в котором сменив Т. Гексли, вёл научное обозрение (1892-1901). В 1893 К. избран членом «Британской научной ассоциации». В 1897, побывав в Канаде, высказал мысль о геологическом родстве Канады и Сибири. В 1903-04 выдвинул гипотезу о «высыхании европейско-азиатского материка» в послеледниковое время, которое подразделял на «озёрный период» и«период высыхания» («The Desiccation of Eur. -Asia», «Geographical Journal», 1904, v. 23, № 6); эта гипотеза вызвала, однако, возражения со стороны ряда учёных (Л. С. Берг и др.).

Именем К. названы: хребет в Патомском нагорье, хребет и вулкан в Восточном Саяне, гора в Олёкминском Становике, город в Краснодарском крае, посёлок городского типа в Иркутской области.

Соч.: собр. соч., т 1,4,5,7, СПБ, 1906-1907; Собр. соч., т.1-2, М., 1918-19; Дневник, М.- П., 1923; Переписка Петра и Александра Кропоткиных, т. 1-2, М.- Л.,1832-33; Записки революционера, М., 1966.

Лит.: Ленин В. И., Полн. собр. соч., 5 изд. (см. Справочный том, ч. 2); Бонч-Бруевич В. Д., Памяти Кропоткина. Встреча В. И. Ленина с П. А. Кропоткиным, Избр. соч., т. 3, М., 1963; Блюм Р. Н., Взгляды П. А. Кропоткина на революцию, «Уч. записки Тартуского ун-та», 1969, в. 241; Старостин Е. В., О встречах В. И. Ленина и П. А. Кропоткина, «Археографический ежегодник за 1968 г.», М., 1970; Анисимов С. С., Путешествия П. А. Кропоткина. М.- Л., 1943; Соколов Н. Н., П. А. Кропоткин как географ, «Труды ин-та истории естествознания АН СССР», т. 4, М., 1952; Пирумова Н. М., П. А. Кропоткин, М., 1972 (библ.).

Н. М. Пирумова.