ОТДЕЛ ЧЕТВЕРТЫЙ. ПРЕВРАЩЕНИЕ ТОВАРНОГО КАПИТАЛА И ДЕНЕЖНОГО КАПИТАЛА В ТОВАРНО-ТОРГОВЫЙ КАПИТАЛ И ДЕНЕЖНО-ТОРГОВЫЙ КАПИТАЛ (КУПЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ)¶
Предмет исследования
В I томе Маркс исследовал процесс производства капитала, во II томе — процесс обращения капитала. И в той и в другой книге Маркс исследовал капитал как единый, не расчлененный на отдельные виды. В том же разрезе капитал изучался и в предыдущих трех отделах настоящей книги. Правда, во II томе дается всесторонний анализ денежного, товарного и производительного капитала; но они рассматриваются лишь как формы единого промышленного капитала, как формы, еще не обособившиеся в отдельные виды капитала. В настоящем отделе товарный и денежный капитал уже исследуются в их обособлении, в их противопоставлении как купеческого капитала промышленному.
Также и в отношении прибавочной стоимости: в I томе исследовалось, как она производится, во II — как она вместе с капитальной стоимостью обращается, а в предыдущих отделах этого тома — как она проявляется на поверхности общества; исследовались ее превращенные формы. Но во всех этих исследованиях прибавочная стоимость, как и капитал, была взята как единая, не расщепленная на отдельные части. В настоящем отделе прибавочная стоимость исследуется в ее особой форме, в форме торговой прибыли, противостоящей промышленной прибыли.
До сих пор весь класс капиталистов представлен был одними промышленными капиталистами. Последние персонифицировали весь общественный капитал, они и получали всю прибавочную стоимость. Сейчас исследуется, как прибавочная стоимость распределяется внутри класса капиталистов между торговцами и промышленниками. Классовое отношение между рабочими и капиталистами вообще, находящее свое выражение в капитале и прибавочной стоимости вообще, усложняется отношением между торговыми и промышленными капиталистами. А это уже выражается в усложненных формах капитала — торговой, промышленной — и усложненных формах прибавочной стоимости — торговой прибыли, промышленной прибыли.
Промышленные капиталисты уступают часть прибавочной стоимости торговцам. Но эта уступка происходит в порядке купли-продажи произведенных в промышленности товаров, следовательно, это должно модифицировать цены производства. Сумма цен производства, по которым промышленные капиталисты продают всю товарную массу купцам, уже не может равняться стоимости последней. Отсюда вытекает новая проблема, которая исследуется в данном отделе, — проблема модификации самих цен производства вследствие превращения части прибавочной стоимости в торговую прибыль. В связи с этим исследуются также роль и функции торгового капитала. Купец «не даром» получает часть прибавочной стоимости, его капитал должен выполнять и выполняет необходимые и полезные для капиталистической системы функции. И это создает иллюзию, что торговый капитал не только извлекает прибыль, но и производит ее.
Но торговый капиталист не был бы капиталистом, если бы он сам выполнял все торговые операции: последние выполняются наемным трудом. Отсюда новая проблема, которая Марксом исследуется в настоящем отделе. Им исследуются характер и особенности эксплуатации служащих и рабочих, занятых в торговле.
Весь перечисленный круг проблем, исследуемых в настоящем отделе, обусловлен обособлением товарного и денежного капитала в купеческий капитал. Следовательно, основным предметом изучения здесь является именно купеческий капитал. Однако купеческий капитал Марксом исследуется лишь постольку, поскольку это дает более полное изображение капиталистического способа производства в целом. Анализ торгового капитала, исследование проблем, связанных с обособлением товарного и денежного капитала в купеческий капитал, — все это раскрывает новые стороны в структуре капитала, освещает ее полнее, многостороннее.
Исследование торгового капитала поднимает теоретический анализ на новую ступень; оно, следовательно, есть «восхождение от абстрактного к конкретному». Исторически торговый капитал предшествовал промышленному, он появляется задолго до последнего и даже способствует его зарождению. Но теоретически торговый капитал следует за промышленным, выступая как одна из обособившихся форм последнего, как дальнейшее его развертывание и конкретизация. Однако в этом не следует усматривать разрыв между логическим и историческим, отрыв теоретической модели от изображаемой ею действительности. Торговый капитал возникает раньше промышленного, но он последним преобразуется; торговый капитал в докапиталистическую эпоху и торговый капитал при капиталистическом способе производства, это — разные категории.
Торговый капитал является производной формой не только в теории, но и в капиталистической действительности; точнее, он является производной формой в теории потому, что таковой он является в действительности, т. е. в историческом процессе. Следовательно, здесь нет отрыва теории от истории, а наоборот, история в ее внутренних закономерностях, а не во внешних ее проявлениях, и дается в теории.
Историческому процессу, преобразующему купеческий капитал, низводящему его до роли агента производительного капитала, соответствует теоретический анализ, восходящий от промышленного капитала к торговому. Но необходимо подчеркнуть, что речь идет о соответствии, а отнюдь не о полном совпадении. Теоретическое изображение купеческого капитала как обособившейся формы (товарной и денежной) промышленного капитала не означает, что вначале был один промышленный капитал, а потом из него выделился торговый капитал. Торговый капитал, возникший до промышленного, не прекратил своего существования и с появлением последнего, но преобразовался, стал агентом производительного капитала. Это и лежит в основе указанного теоретического изображения: как агент производительного капитала, торговый капитал может быть проанализирован и понят лишь в качестве обособившейся товарной и денежной формы промышленного капитала.
Порядок исследования
Купеческий капитал распадается на два подвида: на товарно-торговый и денежно-торговый капитал. В первых трех главах настоящего отдела исследуются проблемы товарно-торгового капитала. В первой из указанных глав рассматриваются особенности и своеобразие этого подвида купеческого капитала. Он — обособившаяся товарная форма промышленного капитала; следовательно, необходимо выяснить, какое новое качество он получает в результате этого обособления.
В следующей главе рассматривается торговая прибыль как особая форма прибавочной стоимости. Торговая прибыль представляется как результат торгового капитала и как будто ничего общего не имеет с промышленной прибылью. Только анализ капиталистического производства и анализ торгового капитала как обособившейся товарной формы промышленного капитала сводят торговую прибыль к особой форме прибавочной стоимости. Торговая прибыль изучается не только с качественной, но и с количественной стороны — исследуется, как устанавливается размер торговой прибыли, ее норма. Исследуются также особенности эксплуатации труда в торговле, при помощи которой получается торговая прибыль.
В третьей из названных глав Маркс изучает оборот купеческого капитала и образование торговой цены. Здесь, во-первых, выясняются роль и функции торгового капитала в качестве агента производительного капитала. Во-вторых, исследуется, как торговая прибыль вновь модифицирует цены производства, по какой цене промышленный капиталист продает товары купцу и как складывается купеческая цена.
Все перечисленные проблемы связаны с первым подвидом купеческого капитала, с товарно-торговым капиталом. Окончив исследование этих проблем, Маркс переходит к анализу другого подвида купеческого капитала, денежно-торгового капитала. Последнему посвящается небольшая четвертая глава данного отдела. Исследование сосредоточено на тех операциях и функциях, которые выполняются этим подвидом купеческого капитала и которые обусловлены движением денег как в кругообороте товарно-торгового, так и промышленного капитала.
Этим в сущности предмет исследования настоящего отдела исчерпывается. Ведь купеческий капитал Марксом исследуется лишь постольку, поскольку это необходимо для анализа основной структуры капитала. Однако в настоящем отделе имеется еще одна, заключительная глава, которая названа «Из истории купеческого капитала». Поскольку все исследование указанной главы подчинено определенной задаче: выяснению различия между купеческим капиталом в докапиталистическую эпоху и купеческим капиталом при капиталистическом способе производства, она дополняет предыдущие главы.
16. Товарно-торговый капитал¶
Предмет исследования
Товарно-торговый капитал выступает на поверхности общества как капитал, «равноправный» и равнозначный промышленному капиталу. И тот и другой приносит одинаковую прибыль. В отношении разных форм капитала применимо то, что Маркс говорит в отношении разных форм прибыли. Они, как и последние, выступают как «чуждые друг другу формы» и «индифферентно стоят друг возле друга». Отсюда вытекает двусторонняя задача: 1) свести разные формы прибыли к единой прибавочной стоимости, а разные формы капитала к капиталу вообще, к капиталу как классовому отношению; 2) вывести из прибавочной стоимости и капитала различные формы прибыли и капитала.
В отношении форм прибыли эта задача в первой ее части была выполнена классической политической экономией. Но в отношении различных форм капитала указанная задача оказалась ей не под силу: ей не удалось даже свести разные виды капитала к их единству. В частности, ей не удалось свести торговый капитал к обособившейся форме промышленного капитала.
В настоящей главе Марксом эта двусторонняя задача разрешается в отношении торгового капитала: исследуется форма, в которой товарно-торговый капитал «индифферентно стоит» возле промышленного капитала. Торговый капитал сводится к одной из форм (товарная форма) промышленного капитала. Но этим еще не исчерпывается исследование товарно-торгового капитала: ведь из-за единства нельзя упускать различия. Товарно-торговый капитал является товарным капиталом, т. е. товарной формой промышленного капитала, но в то же время он не тождественен с ним. Он обособился от промышленного капитала, а это обособление придает ему новое качество, отличающее его от товарного капитала. Поэтому исследовать товарно-торговый капитал значит, с одной стороны, свести его к товарному капиталу, а с другой — раскрыть то, что отделяет его от последнего; раскрыть его специфику, делающую его одним из подвидов купеческого капитала.
Товарный капитал Марксом всесторонне исследован во II томе «Капитала», в первой главе («Кругооборот денежного капитала») и в третьей главе («Кругооборот товарного капитала»). А раз товарно-торговый капитал является товарным капиталом, то характеристика, данная в указанных главах II тома товарному капиталу, полностью приемлема и для товарно-торгового капитала. В этом смысле настоящая глава является продолжением названных глав II тома; без анализа товарного капитала, данного в них, не может быть понят товарно-торговый капитал. Но, как уже было подчеркнуто, анализом товарного капитала еще не исчерпывается анализ товарно-торгового капитала. Теория товарно-торгового капитала складывается из учения о товарном капитале и из учения об обособлении последнего в один из подвидов купеческого капитала.
Эта теория и дается, точнее, завершается в настоящей главе.
Товарный капитал во II томе исследовался как товарная форма индивидуального промышленного капитала. \(T'\) заключает в себе капитальную стоимость и произведенную ею прибавочную стоимость, а реализация \(T'\), превращение его в \(D'\) есть превращение капитальной стоимости и прибавочной стоимости в деньги. \(T' - D'\) разбивается на \(T - D\) и \(T - d\), но все это составляет момент, фазу в движении индивидуального капитала, в его воспроизводстве. Иначе обстоит дело с товарно-торговым капиталом. Он есть обособившаяся форма всего общественного капитала. Правда, в каждом отдельном акте купли-продажи товарно-торговый капитал представляет товарный капитал того или иного промышленника; но в своей совокупности как особый вид капитала он представляет товарную часть всего общественного капитала. Движение товарно-торгового капитала уже представляет момент, фазу в обращении и воспроизводстве всего общественного капитала.
Поэтому хотя настоящая глава и является продолжением указанных выше глав II тома, но продолжением, — что особенно важно подчеркнуть — на иной ступени теоретического анализа. Товарно-торговый капитал может быть проанализирован и понят лишь после того, как уже было исследовано движение всего общественного капитала.
Порядок исследования
Глава начинается с краткого введения, которое относится ко всему отделу в целом. Купеческий капитал — предмет исследования настоящего отдела — Маркс в этом введении делит на два подвига: товарно-торговый капитал и денежно-торговый капитал. Здесь также намечается тот разрез, в котором исследуется купеческий капитал.
Маркс с самого начала рассматривает товарно-торговый капитал под углом зрения общественного капитала; важность этого методологического приема мы только что выяснили. Маркс также напоминает, что под обращением следует понимать лишь смену форм стоимости, но отнюдь не реальные производственно-технические процессы, как транспортировка, хранение и т. п. В применении к торговому капиталу это значит, что, «поскольку капитал, функционирующий только в процессе обращения, именно товарно-торговый капитал, отчасти соединяет эти функции (транспортировку, хранение и т. п. — Д. Р.) со своими, он выступает не в своей чистой форме. Лишь после устранения и удаления этих функций, мы получим чистую форму товарно-торгового капитала».
Прежде всего Маркс раскрывает своеобразие товарно-торгового капитала как особого вида капитала. Своеобразие это выражается: 1) в его особом движении, отличном как от движения промышленного капитала в целом, так и от движения товарного капитала внутри кругооборота промышленного капитала; 2) в усложнении производственных отношений, выраженных в купеческом капитале вообще и товарно-торговом капитале в частности.
Из своеобразия и сущности товарно-торгового капитала вытекают и его функции, которые вкратце рассматриваются в настоящей главе (Маркс к ним возвращается и в следующих главах). Тут же следует отметить, что в буржуазной политической экономике торговый капитал изучается исключительно со стороны его функций, значения его в «народном хозяйстве». В сущность торгового капитала буржуазная мысль не вникает. Исследование сущности капитала, в том числе и сущности торгового капитала, теоретически опасно, а практически не нужно. У Маркса же на первом месте находится, конечно, анализ сущности капитала, которая уже определяет собою его функции.
В связи с рассмотрением функций товарно-торгового капитала Марксом рассматривается и скорость его обращения: 1) выясняется, чем эта скорость определяется, 2) как она в свою очередь влияет на воспроизводство общественного капитала.
Форма движения товарноторгового капитала
Торговец покупает и продает, точнее, покупает для продажи. Следовательно, форма движения его капитала \(Д — Т — Д'\). Рассмотрим сначала каждую фазу в отдельности.
а) Первая фаза \(Д — Т\)
В первой фазе \(Д — Т\) торговец бросает деньги в обращение, выступает как представитель денежного капитала. Как представитель денежного капитала выступает и промышленный капиталист, и он превращает \(Д\) в \(Т\), но промышленный капиталист купленное им \(Т\), состоящее из рабочей силы и средств производства, не продает, а потребляет (производительно). Поэтому \(Т\) в его руках является не товарным, а производительным капиталом; его товарный капитал есть не \(T\), а \(T'\), последнее он произвел, но не купил. Торговец же продает то, что купил. Словом, торговец свой денежный капитал превращает в товарный, а промышленник свой денежный капитал превращает в производительный.
Товар, когда его покупают для личного или производственного потребления, выпадает из сферы обращения, попадая либо в сферу потребления, либо в сферу производства. Когда же покупает торговец, товар остается в сфере обращения, остается таким же товаром, каким он был до этой сделки. В \(Д\) — \(Т\) кругооборота товарно-торгового капитала происходит лишь смена владельцев товара, но не превращение товара в деньги. Правда, для прежнего владельца товара, в данном случае для промышленника, товар окончательно продан, т. е. превращен в деньги, но товар остался по-прежнему товаром.
Этим, во-первых, доказано, что товарно-торговый капитал есть товарный капитал промышленного капиталиста; во-вторых, что торговец заменяет промышленника в обращении.
б) Вторая фаза \(T\) — \(D'\)
Действительное превращение товарного капитала в денежный происходит во второй фазе кругооборота товарно-торгового капитала \(T\) — \(D'\). Если в первой фазе \(Д\) — \(Т\) функция продажи товара перешла от производителя к купцу, то во второй фазе \(T\) — \(D'\) указанная функция купцом выполняется. Теперь товар переходит из сферы обращения либо в сферу потребления, если он покупается для личного потребления, либо в сферу производства, если он куплен для производственного потребления.
В \(Д\) — \(Т\) товарный капитал не превратился в денежный, хотя для промышленника состоялась продажа, а для торговца — покупка. Это теоретическое положение дает себя чувствовать на практике: если торговец почему-либо не может продать купленный им товар, то воспроизводство задерживается, как оно задерживается в том случае, когда сам промышленник не находит покупателя для своего товара. Правда, промышленный капиталист, получив от купца деньги, как будто может продолжать процесс производства, не заботясь о том, какая участь постигнет товар в руках купца. Но такая иллюзия скоро рассеивается; торговец не может быть только покупателем, первая фаза \(Д\) — \(Т\) должна быть дополнена второй фазой \(T\) — \(D'\). Если это не последует, то торговец больше не сможет покупать, и задержка первой, скажем, партии товара в руках купца вызовет задержку второй партии товара уже в руках промышленника, что и приостановит процесс воспроизводства.
Вмешательство торговца, его посредничество между производителем и потребителем на время делает производство независимым от потребления; так происходит потому, что торговец предоставляет промышленнику другой капитал, при помощи которого тот продолжает процесс воспроизводства. А это и создает иллюзию, будто товарный капитал промышленника превратился в денежный капитал, в действительности же товарный капитал промышленника очутился в руках торговца, который на время — до действительного превращения товарного капитала в денежный — предоставляет для продолжения производства другой капитал.
В фазе \(T - T'\) купец получает обратно авансированный им в \(T - T\) денежный капитал. Капитал купца играет ту же роль, которую играл бы запасной капитал самого промышленника, если бы отсутствовал торговец. (Этот вопрос Марксом рассматривается во II томе «Капитала», гл. XV, где исследование ведется при предположении, что существует один только промышленный капитал.)
Запасной капитал промышленника заступал бы место функционирующего производственного капитала на время обращения, т. е. на то время, которое необходимо для совершения фазы \(T' - T'\). При наличии же торговца предполагаемый запасной капитал промышленника заменяется капиталом купца. Продажа товара купцу с общественной точки зрения, т. е. с точки зрения общественного капитала, есть не что иное, как использование запасного капитала общества для поддержания непрерывности воспроизводства, пока товарный капитал не превратился в денежный. Последнее совершается в фазе \(T - T'\) кругооборота \(T - T - T'\) товарно-торгового капитала.
в) Кругооборот в целом \(T - T'\)
Теперь сравним кругооборот товарно-торгового капитала с кругооборотом товарного капитала, т. е. с \(T' - T' \dots T' \dots T'\). Хотя последний начинается с \(T'\) и кончается \(T'\), однако товарный капитал каждый раз участвует только в одном метаморфозе. Ведь \(T'\) в начале кругооборота и \(T'\) в конце его — это разные \(T'\); первое \(T'\) в результате метаморфоза \(T' - T'\) перешло в сферу индивидуального или производственного потребления, второе \(T'\) является продуктом нового производственного процесса. Следовательно, \(T'\) как товарный капитал перемещается только один раз; в руках покупателя он уже не товарный капитал. Зато дважды перемещаются деньги: промышленный капиталист получает их за свой товар, а затем отдает их за покупаемые им элементы производства.
Иначе обстоит дело с кругооборотом \(T - T - T'\). Здесь \(T\) участвует в двух метаморфозах: в \(T - T\) и \(T - T'\). Как товарный капитал \(T\) переходит из рук промышленника в руки купца; как товарный капитал он движется дальше — от купца к конечному потребителю. Это и делает товарный капитал товарно-торговым капиталом; купец торгует товарным капиталом, а деньги в этом процессе являются лишь орудием обращения, т. е. его денежный капитал выполняет лишь функцию средства обращения. Он не денежный капиталист, а «товарно-торговый»; его функция — не перемещать деньги, а реализовать товарный капитал, превращать \(T'\) в \(T'\).
\(T' - T'\), являясь одной из фаз кругооборота промышленного капитала, превращается у купца в отдельный самостоятельный кругооборот, в \(T - T - T'\). В этом и состоит обособление товарного капитала в товарно-торговый капитал. Из особой формы промышленного капитала \(T'\) превращается в особый вид капитала благодаря тому, что его движение меняется, усложняется. \(T'\) теперь реализуется, превращается в \(D'\) не при помощи одной метаморфозы \(T' - D'\), а при помощи двух метаморфоз, составляющих единый самостоятельный кругооборот капитала: \(D - T - D'\). Последний совершается параллельно кругообороту промышленного капитала и как бы независимо от него.
Производственные отношения, выраженные в торговом капитале
Обособление товарного капитала в особый вид капитала означает, что из всего класса капиталистов выделяется особая группа капиталистов, которые превращают \(T'\) в \(D'\). И они это делают не в качестве простых приказчиков или комиссионеров промышленных капиталистов, а в качестве самостоятельных предпринимателей. Торговое дело для них такое же предприятие, как завод для промышленного капиталиста. Приказчик или комиссионер промышленного капиталиста тоже превращает куплю-продажу в свою специальность, в свою профессию, основанную на разделении труда; но они действуют не за свой счет и не своими капиталами. Купец выступает как капиталист: он оперирует своим капиталом (если он даже последний берет в ссуду, то суть дела от этого не меняется) и за свой счет. Операции купли-продажи он сам может и не выполнять, его миссия не в этом (крупный капиталист сам их и не выполняет). Его функция — авансировать на эти операции капитал.
Отношения между торговыми и промышленными капиталистами совсем не те, что между капиталистом и его приказчиками, хотя торговец, как и приказчик, только превращает \(T'\) в \(D'\), т. е. как в том, так и в другом случае имеет место лишь передача функции превращения товарного капитала в денежный. Отношения между трудом и капиталом усложнены теперь отношением между двумя группами капиталистов. Отношения между торговцами и промышленниками суть отношения внутриклассовые, отношения между двумя группами одного и того же класса капиталистов. И это потому, что и те и другие являются совладельцами общественного капитала, одна часть которого находится в сфере обращения, а другая — в сфере производства.
Усложненное таким образом классовое отношение и выражено в товарно-торговом капитале, в его специфичности, делающей его особым видом капитала, противостоящим промышленному капиталу. И последний теперь становится особым видом капитала. Если раньше — на предыдущей стадии теоретического анализа — промышленный капитал фигурировал как капитал вообще, так как он представлял собой весь общественный капитал, то теперь промышленный капитал есть лишь особый вид капитала, находящийся в распоряжении одной группы капиталистов, промышленников. Расщепление общественного капитала на торговый и промышленный выражает собой расщепление класса капиталистов на торговцев и промышленников.
Этим, конечно, не отрицается примат промышленного капитала над торговым; ведь последний есть не что иное, как обособившаяся форма первого. Примат промышленного капитала над торговым имеет своим реальным основанием примат производства над обращением, но формально они равноправны, что выражается в равенстве торговой и промышленной прибыли.
Резюмируем. Обособление товарного капитала в товарно-торговый заключается в том: 1) что метаморфоз товарного капитала \(T' - D'\) превращается в самостоятельный кругооборот, в \(D - T - D'\), 2) что из всего класса капиталистов выделяется особая группа, которая делает превращение товарного капитала в денежный своей специальностью. И, наконец, тем, что товарный капитал обособляется в товарно-торговый, — денежный капитал (всего класса капиталистов) распределяется между торговцами и промышленниками. И те и другие не могут выполнять свои функции в качестве особых категорий капиталистов без денежного капитала.
Вопрос о том, какая часть денежного капитала находится в торговле, а какая — в промышленности (понимая под последней всякое производство, т. е. также сельское хозяйство, транспорт и т. д.), абстрактно разрешен быть не может. В общем это зависит от степени развития капиталистического производства: чем меньше оно развито, тем относительно больше общественного капитала занято в торговле.
Функции товарноторгового капитала
Торговец занимается превращением товарного капитала в денежный, а для этого он авансирует свой денежный капитал, предоставляя последний в распоряжение промышленника для продолжения процесса производства. Но этим вопрос о функциях товарно-торгового капитала еще не решается. Если не было бы торговых капиталистов, то весь общественный капитал был бы сосредоточен в руках промышленных капиталистов, он, как и теперь (при наличии торгового капитала), одними своими частями находился бы в сфере производства, а другими — в сфере обращения. Во II томе «Капитала» Маркс изображает воспроизводство как индивидуального, так и общественного капитала без участия торгового капитала. Маркс, стало быть, считал возможным — что вполне правильно — воспроизводство и при предположении, что торговый капитал отсутствует, иначе он от него не абстрагировался бы.
Конечно, фактически капитализм не существовал и не существует без торгового капитала. Не подлежит также никакому сомнению, что торговец является заметной и нужной фигурой в капиталистической системе. И задача теоретического анализа заключается в том, чтобы, во-первых, выяснить функции торгового капитала, а во-вторых, вывести эти функции из сущности, из особенности этого вида капитала.
Товарно-торговый капитал есть обособившаяся товарная форма не индивидуального, а общественного капитала. Конкретно это является в том, что торговец имеет дело не с одним промышленником, а со многими; и превращает он в денежный капитал товарный капитал не одного промышленного капиталиста, а многих. Осуществляя одновременно оборот нескольких капиталов, торговец уменьшает и издержки обращения, и капитал, нужный для обращения, и время обращения.
Капитал в обращении не производит ни стоимости, ни прибавочной стоимости. Следовательно, уменьшение капитала обращения и времени обращения содействует увеличению производственного капитала и времени, в течение которого создается прибавочная стоимость. А уменьшение издержек обращения сберегает уже произведенную прибавочную стоимость на ту часть, на какую уменьшены издержки обращения.
Помимо того, купец, специализируясь на купле-продаже, не только знает рынок, но и содействует его расширению. Раскидывая повсюду торговую сеть, вытесняя и разрушая мелкое производство, торговец дает возможность капиталу работать в более широком масштабе, расчищает ему путь для победоносного шествия, для накопления.
Однако не следует упускать из виду и «теневые» стороны купеческого капитала. Мы здесь остановимся на одном только моменте. Торговец, вклиниваясь между производителем и потребителем, скрывает и маскирует связь между ними; продажа товара торговцу принимается за окончательную продажу — создается иллюзия спроса, когда на самом деле его нет. Классически это изображено Марксом во II томе «Капитала».
Кризисы обусловлены, конечно, не торговым капиталом, а капиталистическим способом производства в целом. Но среди факторов, углубляющих и усложняющих кризис, не последнее место занимает торговый капитал.
17. Торговая прибыль¶
Предмет исследования
Еще в IV главе I тома «Капитала» Маркс подверг всестороннему анализу формулу обращения капитала \(Д — Т — Д'\) и раскрыл ее противоречие. С одной стороны, стоимость и прибавочная стоимость не могут быть созданы в обращении, а с другой — капитал в обращении самовозрастает, превращается из \(Д\) в \(Д'\) (\(Д + д\)). Разрешение этого противоречия заключается, как известно, в том, что капиталист находит в обращении особый товар — рабочую силу, — стоимость которого меньше стоимости, создающейся потреблением этого специфического товара. Но это применимо лишь к промышленному капиталу, кругооборот которого имеет вид \(Д — Т \dots П \dots Т' — Д'\), но не к торговому капиталу, кругооборот которого есть лишь \(Д — Т — Д'\). Следовательно, для торгового капитала указанное противоречие как будто неразрешимо.
Правда, и торговец покупает рабочую силу: операции по купле и продаже товаров выполняются при помощи наемных рабочих и служащих, но это дела не меняет, так как потребление рабочей силы торгового служащего или рабочего не создает ни стоимости, ни прибавочной стоимости.
К моменту исследования настоящей главы уже имеются все промежуточные звенья для решения проблемы торговой прибыли. Выяснено: 1) где и как производится прибавочная стоимость, 2) как она проявляется на поверхности общества в обращении, 3) как распределяется между разными группами промышленных капиталистов, независимо от того, сколько ее производится каждым из них, 4) наконец, раскрыта природа торгового капитала (точнее, товарно-торгового капитала). Имея перечисленные «промежуточные звенья», Маркс в настоящей главе уже может объяснить возрастание торгового капитала иначе, чем простым «надувательством» товаропроизводителей. Возрастание торгового капитала сводится к извлечению последним через обращение части прибавочной стоимости, создающейся в производстве. Как это происходит, исследуется в настоящей главе.
Торговец на свой капитал должен получить такую же прибыль, как и промышленник. Но торговец авансирует капитал не только на покупку товара, но и на издержки обращения, куда включается оплата труда торговых служащих и рабочих. Эти издержки не только должны быть покрыты из продажной цены, но на них должна быть получена прибыль, иначе норма торговой прибыли будет ниже нормы промышленной прибыли.
Таким образом, проблема торговой прибыли осложняется проблемой издержек обращения: необходимо исследовать, 1) как последние покрываются, 2) как на них получается прибыль.
Торговая прибыль создается в промышленности (под промышленностью здесь понимаются все виды производства) промышленными рабочими, но получается она в обращении при помощи наемного труда, занятого в торговле. В капиталистической торговле, как в капиталистическом производстве, эксплуатируется труд, хотя он и не создает здесь прибавочной стоимости. Следовательно, проблема торговой прибыли включает в себя проблему эксплуатации труда торговых служащих и рабочих. Торговая прибыль как часть прибавочной стоимости выражает собой эксплуатацию промышленных рабочих, но как особая форма прибавочной стоимости, именно как торговая прибыль, она также выражает эксплуатацию труда в самой торговле.
Под таким двойным углом зрения, в двойном разрезе торговая прибыль и исследуется в настоящей главе.
Порядок исследования
Природа тех операций, которые осуществляются капиталом в сфере обращения, не изменяется оттого, что они становятся особой специальностью особой группы лиц, торговцев: торговец своими операциями тоже не создает ни стоимости, ни прибавочной стоимости.
Но торговец все-таки получает прибыль; раз она не создается в обращении, то она не может быть ничем иным, как частью прибавочной стоимости, созданной в сфере производства. Стало быть, вопрос заключается в том, каким образом купеческий капитал притягивает к себе достающуюся на его долю часть прибавочной стоимости, произведенной производственным капиталом.
Торговец получает свою прибыль в результате купли-продажи, ведь других операций он не совершает; его прибыль равняется разнице между покупной и продажной ценой. Следовательно, проблема торговой прибыли сводится к вопросу о цене, по которой торговец покупает (речь идет, конечно, не о случайных ценах), и цене, по которой он продает. Получается противоречие: купец должен покупать по ценам производства — ведь промышленному капиталисту необходимо выручить свои издержки производства плюс средняя прибыль — и продавать по ценам производства, если не допустить с его стороны произвольных надбавок к последним, что не решает проблемы. Где же источник торговой прибыли? Исследованию этой проблемы посвящается первая часть главы.
Механизм образования торговой прибыли исследуется вначале наиболее абстрактно, т. е. предполагается, что купец авансирует свой капитал лишь на покупку товаров, что отсутствуют всякие издержки обращения. Затем Маркс переходит к вопросу об издержках обращения.
Издержки обращения в основном состоят из расходов на наем служащих и рабочих и на покупку или наем торгового помещения со всем необходимым инвентарем. Поэтому вопрос об издержках обращения тесно связан с вопросом об эксплуатации труда в обращении.
Постановка вопроса
Промышленный капиталист, чтобы получить прибыль, авансирует капитал. Авансирует капитал и торговый капиталист, и он должен получить прибыль, иначе не стал бы он заниматься торговлей! Но одно дело претендовать на прибыль, предъявлять право на нее, а другое — создавать прибыль. В отличие от промышленного капитала торговый капитал не производителен, в обращении прибавочная стоимость не создается.
Если в обращении создавалась бы прибавочная стоимость, то никакой проблемы торговой прибыли не существовало бы. Торговая прибыль ничем не отличалась бы от промышленной прибыли, как обращение не отличалось бы от производства.
Проблема торговой прибыли в отличие от проблемы промышленной прибыли, а следовательно, и особенность проблемы торговой прибыли обусловлена отличием обращения от производства. Поэтому Маркс начинает исследование торговой прибыли с характеристики обращения. Учение об обращении Марксом в основном дано уже в I томе «Капитала» (в гл. III и IV), но свое завершение оно получает во II томе, а потому глава начинается с ссылки на II том.
Уже в теории стоимости, как она развита в первой главе I тома «Капитала», дана и теория обращения. В положении, что стоимость создается в производстве, а в обращении она лишь проявляется, — а это ведь один из краеугольных камней теории стоимости — уже даны и принципиальное различие между производством и обращением, и их единство. Стоимость создается в производстве, а не в обращении, в этом их принципиальное различие. Но стоимость создается не во всяком производстве, а только в товарном производстве, т. е. производстве, которое предполагает с самого начала обращение и для которого обращение является моментом воспроизводства. В этом — их единство. В III и IV главах I тома учение об обращении получает дальнейшее развитие. В III главе, названной «Деньги, или обращение товаров», обращение рассматривается лишь как процесс смены форм стоимости, выступая еще как смена юридических лиц, собственников товара и денег. В IV главе — «Превращение денег в капитал» — учение об обращении применяется Марксом к анализу «общей формулы капитала» \(Д — Т — Д'\).
Во II томе «Капитала» учение об обращении применяется к кругообороту капитала и кладется в основу разграничения трех фаз кругооборота капитала и соответственно трех форм капитала. Обращение расщепляется на \(Д — Т\) и \(Т' — Д'\).
В первой фазе происходит соединение рабочей силы со средствами производства, и это в первую очередь характеризует капиталистический способ производства. Во второй фазе происходит превращение товарного капитала в денежный, без чего невозможно воспроизводство. Учение об обращении лежит также в основе классификации издержек обращения, деления их на «чистые издержки обращения» и на расходы по транспортировке, упаковке, хранению товаров и т. п. Что касается настоящей главы, а равно и предыдущей, то в них обращение получает дальнейшую характеристику. В этих главах мы имеем дело с обособившимся обращением; с обращением, в котором функционирует товарный капитал, обособившийся в товарно-торговый капитал. Здесь проводится та мысль, что «если часть совокупного общественного капитала, которая постоянно должна иметься в распоряжении как денежный капитал, чтобы процесс воспроизводства не прерывался процессом обращения, а продолжался безостановочно, — если этот денежный капитал не создает ни стоимости, ни прибавочной стоимости, то он не может приобрести этого свойства создавать стоимость и прибавочную стоимость от того, что для отправления своих функций он постоянно пускается в обращение не промышленными капиталистами, а капиталистами другого подразделения».
Здесь дана постановка проблемы торговой прибыли. Раз и в обособившемся обращении, в торговле, не создаются ни стоимость, ни прибавочная стоимость, то торговая прибыль не может быть ничем иным, как частью прибавочной стоимости, создающейся в производстве. И вопрос о торговой прибыли сводится к вопросу о том, как из всей массы прибавочной стоимости одна часть выделяется в особую форму, в форму торговой прибыли. Этот вопрос усугубляется еще тем, что во II отделе настоящего тома — «Превращение прибыли в среднюю прибыль» — было показано, как вся прибавочная стоимость, без остатка, распределяется между самими промышленными капиталистами, что находит свое выражение в средней норме прибыли и ценах производства. Спрашивается: откуда берется торговая прибыль? В торговле она не создается, а прибавочная стоимость, создающаяся в производстве, целиком распределяется между промышленными капиталистами.
Решение проблемы торговой прибыли
Из постановки проблемы торговой прибыли вытекает и ее решение, точнее, вытекает то, в каком направлении следует искать ее решения. Торговая прибыль не может создаваться в самой торговле; торговец может ее получить только из рук промышленного капиталиста. Правда, последний продает купцу свои товары по ценам производства и как будто не уступает ему никакой прибавочной стоимости. При изложении теории общей нормы прибыли необходимо было исходить из предположения, что торговый капитал не участвует в уравнении средней нормы прибыли, ибо на той стадии теоретического анализа вопрос стоял о том, каким образом получаются равные прибыли на капиталы одинаковой величины, но разного строения или разной скорости обращения, хотя ими производятся разные массы прибавочной стоимости. В отношении же купеческого капитала стоит другой вопрос: как им прибыль притягивается, хотя он ее не производит. Поэтому при изложении теории общей нормы прибыли, которая должна была решать первый вопрос, не могло еще быть речи о купеческом капитале, так как по отношению к нему проблема ставится совсем иначе.
Однако в теории общей нормы прибыли уже дана возможность принципиального разрешения и проблемы торговой прибыли. Этой теорией уже проводится различие между производством прибавочной стоимости и ее распределением. Если в предприятии с высоким органическим строением капитала производится прибавочная стоимость, скажем, в 20 т, а получает оно вследствие уравнения средней прибыли 30 т, то излишек в 10 т не произведен в данном предприятии, а получен через обращение в результате конкуренции капиталов. Если промышленный капитал может притягивать часть прибавочной стоимости, им не произведенной, то нет никаких оснований отрицать такую возможность за торговым капиталом; в отношении этого излишка прибыли над произведенной в данном предприятии прибавочной стоимостью принципиального различия между промышленным и торговым капиталом нет. Остается лишь показать, каким образом и торговый капитал получает прибавочную стоимость и, следовательно, участвует в уравнении нормы прибыли, возможность же получать прибыль, не производя ее, уже доказана.
Предпосылка для решения проблемы торговой прибыли дана и следующим: если при рассмотрении образования нормы прибыли торговый капитал еще «не существовал», то товарный капитал и денежный капитал как формы промышленного капитала и тогда существовали. Предполагалось лишь, что весь общественный капитал сосредоточен в руках одних промышленников, но у них он разделен на капитал в обращении и капитал в производстве, без такого расщепления общественного капитала воспроизводство, как показано Марксом во II томе, невозможно. Норма прибыли, в том числе и средняя прибыль, с самого начала исчисляется в отношении всего капитала, а не только той его части, которая занята исключительно в производстве. Далее, если у одного капиталиста капитал оборачивается быстрее, а у другого медленнее, т. е. у одного в обращении больше капитала, а у другого меньше, то все же благодаря уравнению нормы прибыли оба они получают на равные капиталы равные прибыли. Следовательно, во-первых, в норме прибыли вообще, а в средней прибыли в особенности различие между производством и обращением исчезает; исчезает в отношении получения прибыли, отнюдь, конечно, не в отношении создания ее. Во-вторых, благодаря различию в скорости обращения сами промышленные капиталисты оттягивают друг у друга части прибавочной стоимости в форме прибыли на капитал обращения.
И мы опять приходим к выводу, что весь вопрос о торговой прибыли сводится к тому, чтобы показать, как притягивается часть прибавочной стоимости капиталом, занятым в обращении, когда последний принадлежит другой группе капиталистов.
Образование торговой прибыли
Участие торгового капитала в уравнении средней прибыли Маркс иллюстрирует на следующем цифровом примере. Допустим, что весь общественный промышленный капитал состоит из \(720 \text{ с} + 180 \text{ ч}\), а норма прибавочной стоимости (\(m'\)) = 100 %. Тогда стоимость всей товарной массы (Т) равняется \(720 \text{ с} + 180 \text{ ч} + 180 \text{ м} = 1080 \text{ }^1\). Норма прибыли = 20 %. Но здесь не учтен торговый капитал. А не будь его, промышленники не могли бы весь капитал в 900 поместить в производство, но должны были бы выделить часть для обслуживания обращения, соответственно уменьшились бы постоянный капитал, переменный капитал и прибавочная стоимость.
Следовательно, в обращении должен быть другой капитал, обособившийся в товарно-торговый капитал. Допустим, что он равняется 100; тогда весь общественный капитал равняется \(900 + 100 = 1000\). Отношение всей прибавочной стоимости ко всему капиталу, включая и торговый, будет \(\frac{180}{1000} = 18 \%\). Вся масса прибавочной стоимости в 180 м распределяется так: \(9/10\) получают промышленники (их капитал в 9 раз больше торгового капитала), а \(1/10\) — торговцы; 162 м остается у промышленников, а 18 м притягивает торговый капитал.
Но каков тот механизм, который выравнивает торговую прибыль с промышленной? Это тот самый механизм, который разные нормы прибыли разных сфер производства уравнивает в общую среднюю норму прибыли. Если норма прибыли торгового капитала будет меньше 18 %, то произойдет перелив капиталов из торговли в промышленность, а это в свою очередь вызовет заминку в воспроизводстве: сократившаяся торговая сеть будет не в состоянии пропустить через себя всю произведенную товарную массу. Между промышленными капиталистами произойдет борьба из-за покупателя, в данном случае из-за торговли, что вызовет снижение оптовых цен и, следовательно, снижение нормы промышленной прибыли. Если же норма торговой прибыли будет выше нормы промышленной прибыли, в нашем примере выше 18 %, то получится обратный перелив капиталов — из промышленности в торговлю, вследствие чего производство сократится и предложение будет отставать от спроса. Борьба между торговцами, выступающими в качестве покупателей, поднимет оптовые цены; промышленная прибыль повысится, а торговая — понизится. Переливы капиталов из промышленности в торговлю и обратно будут продолжаться до тех пор, пока не установится общая норма прибыли для промышленности и торговли.
Торговый капитал как капитал обращения уменьшает норму прибыли, так как он притягивает часть прибавочной стоимости, не производя ее. Но как обособившийся капитал обращения, функционируя и специализируясь в сфере обращения, торговый капитал уменьшает время обращения, уменьшает то, что ставит границы возрастанию стоимости и прибавочной стоимости. Торговый капитал и уменьшает, и увеличивает норму прибыли. Он ее уменьшает как капитал обращения; если бы время обращения равнялось нулю, то норма прибыли была бы гораздо выше. В рассматриваемом Марксом случае она равнялась бы 20, а не 18 %. Но раз время обращения не равно нулю, раз капитал обращения нужен, то обособление этого капитала, уменьшая время обращения, увеличивает норму прибыли; увеличивает в том смысле, что, если бы товарный капитал не обособился в товарно-торговый капитал, норма прибыли была бы еще более низкой.
Покупная и продажная цена
Купец покупает по ценам производства и продает по ценам производства. В нашем примере торговцы за всю товарную массу оплачивают \(720\ c + 180\ v + 162\ p\), т. е. оплачивают издержки производства (\(720\ c + 180\ v\)) плюс средняя прибыль (\(162\ p\)), а сами продают по цене, равняющейся \(720\ c + 180\ v + 162\ p + 18\ n\) (\(n\) означает торговую прибыль). Тот факт, что купец может купить товары, цена производства которых равняется \(720\ c + 180\ v + 162\ p\) за 100, объясняется тем, что его капитал оборачивается быстро, и он эту товарную массу покупает не в один, а в несколько приемов. Если предположить, что названная товарная масса производится в течение года, то купеческий капитал должен оборачиваться в год больше 10 раз; скорость оборота его будет равняться \(\frac{900 + 162}{100} = 10,62\).
И покупная, и продажная цена суть цены производства, т. е. состоят из издержек производства плюс средняя прибыль. Но значения их неодинаковы. Сумма цен производства, по которым промышленные капиталисты продают товарную массу, меньше ее стоимости на 18; сумма цен производства, по которым купцы продают товары конечным потребителям, равна стоимости товарной массы. Действительные цены производства суть только те цены, по которым торговцы продают товары конечным потребителям, т. е. продажные цены, так как сумма этих цен равна стоимости товаров.
Таким образом, в настоящей главе цена производства получает более точное определение, и в таком смысле она уже употребляется Марксом в дальнейшем. Действительная цена производства равняется издержкам производства плюс промышленная прибыль, плюс торговая прибыль.
Издержки обращения
Издержки обращения исследуются Марксом во II томе «Капитала» (в VI гл.). Он их делит: 1) на чистые издержки обращения, 2) на издержки хранения, 3) на транспортные издержки. На все эти виды издержек купец авансирует капитал.
Таким образом, купеческий капитал распадается в основном на две части: 1) на капитал, авансируемый на покупку товаров, 2) на капитал, который авансируется на издержки обращения. Первый постоянно совершает свои метаморфозы \(Д — Т\) и \(Т — Д'\); он-то и является в настоящем смысле слова товарно-торговым капиталом. Второй занимает иное положение; купец нанимает или покупает контору, магазин и т. д. не для перепродажи; он ими не торгует, но они ему нужны для торга. Также и нанятых им служащих и рабочих он не перепродает; он их использует в процессе обращения. Авансирование издержек обращения есть, правда, акт \(Д — Т\); денежный капитал купца превращается в рабочую силу служащих и торговых рабочих и в инвентарь, необходимый для торговли. Но \(Д — Т\) не дополняется \(Т — Д\); капитал, авансированный на издержки обращения, возвращается обратно к купцу уже в результате продажи тех товаров, которыми он торгует.
Торговец, авансируя свой денежный капитал на издержки обращения, не превращает его ни в производительный, ни в товарный капитал. Купленные им рабочая сила и средства обращения (помещение для торговли и т. д.) не становятся элементами производственного капитала, так как ими не производятся ни стоимость, ни прибавочная стоимость, но они также не являются и товарным капиталом, потому что купец их не перепродает, а потребляет. Правда, он их потребляет не индивидуально, но он их не потребляет также и производственно. В этом своеобразие издержек обращения.
Но сказанное относится только к «чистым издержкам обращения», а не к издержкам хранения и транспортировки. Денежный капитал, авансированный на последние, превращается в производительный капитал. Следовательно, издержки транспорта, а также хранения — не купеческие издержки. Правда, купец, авансируя капитал на те и другие издержки, возмещает их из продажной цены товара независимо от их характера. Последняя теперь, когда в анализ вводятся издержки обращения, равняется покупной цене товара плюс все виды издержек, плюс прибыль на весь авансируемый капитал. Однако различие между чистыми издержками и издержками производства, продолжающегося в обращении, не должно быть упущено из виду. Издержки транспорта, хранения и т. п. покрываются из той стоимости, которая ими же и образуется. Стоимость, например, транспортировки переносится на транспортируемый товар, а транспортные рабочие не только воспроизводят стоимость своей рабочей силы, но и создают прибавочную стоимость. Поэтому возмещение этих издержек происходит так же, как возмещение всяких издержек производства, здесь никакой особой проблемы нет. Но иначе обстоит дело с чистыми издержками обращения; они не прибавляют новой стоимости, но должны все же возмещаться — да еще с прибылью — из продажной цены товара.
Ясно, что чистые издержки обращения могут возмещаться лишь из стоимости товара, созданной в сфере производства. Стоимость товара равняется \(c + v + m\). Но \(c + v\) возмещают постоянную и переменную части производственного капитала; следовательно, чистые издержки обращения возмещаются из \(m\). Но отсюда также следует, что, уменьшая массу прибавочной стоимости, чистые издержки обращения уменьшают и норму прибыли. Помимо того, эти издержки уменьшают норму прибыли еще и потому, что они как часть купеческого капитала участвуют в уравнении средней нормы прибыли.
Раньше было предположено, что купеческий капитал равняется 100 (эта сумма авансируется только на покупку товаров). Если теперь прибавим еще, например, 50, авансируемых на издержки обращения, то, во-первых, эти 50 вычитаются из прибавочной стоимости (180 \(m\)), во-вторых, участвуют в уравнении средней нормы прибыли. Последняя теперь равняется \(\frac{180 - 50}{900 + 100 + 50} = 12\%\) (дробь отбрасываем). Норма прибыли значительно понизилась, без издержек обращения она равнялась 18 %.
Деление издержек обращения на постоянный и переменный капитал
Категории переменного и постоянного капитала применимы только к производственному капиталу. Только последний делится на две части, из которых одна, воспроизводясь, также самовозрастает, а потому и является переменным капиталом, а стоимость другой лишь переносится на готовый продукт, вследствие чего она является постоянным капиталом. В обращении же ни одна часть капитала не самовозрастает, и не самовозрастает ни одна часть чистых издержек обращения. Однако капитал, авансированный на последние, Маркс тоже делит на постоянный и переменный капитал.
Нет, конечно, никакого сомнения, что Марксом категории переменного и постоянного капитала в применении к чистым издержкам обращения употребляются не в строгом смысле слова, а лишь по аналогии. Различие между рабочей силой и средствами обращения в сфере обращения аналогично различию между рабочей силой и средствами производства в сфере производства. Средства обращения необходимы для выполнения купеческих операций; служащие и торговые рабочие сами выполняют эти операции; следовательно, средства обращения — необходимые условия для получения торговой прибыли, служащие и рабочие сами «производят» эту прибыль, своим трудом превращают для торгового капиталиста прибавочную стоимость в прибыль.
Превращая прибавочную стоимость в прибыль, торговые служащие и рабочие производят для купца прибыль: их трудом он притягивает часть прибавочной стоимости, соразмерную величине его капитала. Но притягивая прибавочная стоимость больше той заработной платы, которую купец платит своим служащим и рабочим. Следовательно, капитал, авансированный на эту заработную плату, есть переменный капитал — переменный капитал в указанном значении. Словом, он является переменным капиталом в том же условном смысле, в каком обмениваемый на него труд производителен, т. е. производит прибыль.
Заработная плата торговых рабочих и служащих определяется стоимостью их рабочей силы, т. е. определяется так же, как и заработная плата промышленных рабочих. Рабочий день торговых рабочих также делится на необходимое и прибавочное рабочее время. Труд, затраченный в необходимое рабочее время, есть оплаченный труд; труд, затраченный в прибавочное время, есть неоплаченный труд. Но как неоплаченный, так и оплаченный труд производят для купца прибыль.
Торговая прибыль как часть прибавочной стоимости выражает собой эксплуатацию промышленных рабочих; как обособившаяся форма прибавочной стоимости, именно как торговая прибыль, она выражает и эксплуатацию торгового пролетариата. Степень этой эксплуатации определяется отношением прибавочного времени к необходимому.
Возмещение постоянного и переменного капитала
Возмещение постоянной части издержек обращения (постоянного капитала) трудности не представляет. Эта часть издержек обращения, с одной стороны, есть вычет из прибавочной стоимости, а с другой, — поскольку она авансируется купцом и составляет часть его капитала, участвует в уравнении средней прибыли. Иначе обстоит дело с возмещением переменной части издержек обращения, с возмещением переменного капитала. «Затруднение, — пишет Маркс, — заключается в следующем: если рабочее время и труд самого купца не являются трудом, создающим стоимость, хотя он и создает для купца участие в уже произведенной прибавочной стоимости, то как обстоит дело с тем переменным капиталом, который купец расходует на покупку торговой рабочей силы? Следует ли причислять этот переменный капитал как издержки к авансированному торговому капиталу? Если нет, то это как будто противоречит закону выравнивания нормы прибыли; какой капиталист стал бы авансировать 150, если бы он мог считать авансированным капиталом только 100? Если же следует, то это как будто противоречит сущности торгового капитала, так как капитал этого рода функционирует как капитал не благодаря тому, что он подобно промышленному капиталу приводит в движение чужой труд, а благодаря тому, что он сам работает, т. е. выполняет функции купли и продажи и именно лишь за это и благодаря этому переносит на себя часть прибавочной стоимости, произведенной промышленным капиталом».
Уже торговая прибыль, приходящаяся на капитал, который авансируется на покупку товаров, содержит в себе оплату труда по выполнению функции купли и продажи этих товаров. Торговая прибыль не есть плата за пользование капиталом, плата за пользование капиталом есть, как выяснено будет в следующем отделе, ссудный процент. Торговая прибыль как таковая (а торговец может «работать» и с чужим капиталом, следовательно, плата за пользование последним из торговой прибыли уже вычтена) достается торговцу именно за выполнение им функций купли и продажи. Если же он исполнение этих функций возлагает на других — на нанятых им рабочих и служащих, то он должен оплачивать их из этой же торговой прибыли. Но тогда купеческий капитал принесет прибыли меньше, чем равновеликий промышленный капитал, а это противоречит закону уравнения нормы прибыли.
Как же Маркс разрешает поставленные им вопросы?
Хотя в сфере обращения разделение труда довольно ограничено, но и крупная, и мелкая сделка требуют одного и того же количества труда. Поэтому, чем крупнее торговое предприятие, тем больше экономия в применении живого труда и труда, овеществленного в средствах обращения.
Отсюда следует, что по своей природе, по своим основным функциям торговый капитал должен быть концентрированным, иначе он не только не сможет содействовать повышению нормы прибыли, но, наоборот, будет ее уменьшать. Отсюда также следует, что купец не может обойтись без наемного труда, что торговый капитал предполагает наемный труд не только в сфере производства, где производится часть прибавочной стоимости, которая превращается в торговую прибыль, но и в сфере обращения, труд, дающий возможность присвоить эту прибавочную стоимость. Поэтому купеческий капитал должен состоять: 1) из капитала, непрерывно совершающего метаморфозы \(Д\) — \(Т\) и \(Т\) — \(Д\), 2) из постоянной части издержек обращения, 3) из переменной части издержек, т. е. суммы, авансирующейся на заработную плату торговым рабочим и служащим.
Но, с другой стороны, такой же капитал, т. е. капитал из таких же частей, должен был бы быть у промышленных капиталистов, если бы не было купцов. Тогда промышленник был бы «своим собственным купцом». Расщепление капитала обращения на указанные части обусловлено не тем, что существует торговля как особый вид деятельности, а обусловлено самой природой обращения. Торговец заменяет собой не тех наемных агентов обращения, которые выполняли бы функции купли и продажи под командой промышленника, если бы последний сам торговал своим товаром, а заменяет самого промышленника в сфере обращения. Он заменяет его не как служащий или рабочий, а как капиталист: вместо промышленника в обращении функционирует торговец, которому следует прибыль как капиталистическому предпринимателю.
Источник же для оплаты торговых рабочих и служащих создается тем, что товарный капитал, обособляясь в товарно-торговый капитал, не только не децентрализуется, но, наоборот, еще больше концентрируется. Вследствие этого уменьшаются и капитал, авансирующийся на покупку товаров, и все части издержек обращения, а скорость оборота капитала увеличивается. Все это содействует и росту массы прибыли, и повышению нормы прибыли.
Прибыль на купеческий капитал поэтому больше, чем прибыль равновеликого промышленного капитала; из этого излишка, т. е. из разницы между торговой и промышленной прибылью, и возмещается переменный капитал в сфере обращения. Или — что одно и то же — купеческий капитал представляется капиталом большим, чем его действительная величина, настолько большим, что прибыли на него должно хватать, — за вычетом чистой прибыли, т. е. прибыли, равной средней промышленной прибыли, — на возмещение заработной платы торговым рабочим и служащим.
18. Оборот купеческого капитала. Цены¶
Предмет исследования
Место действия купеческого капитала — сфера обращения. Кругооборот одного из его подвидов, товарно-торгового капитала, состоит всего из двух фаз обращения: \(Д\) — \(Т\) и \(Т\) — \(Д'\). Особенности этого кругооборота капитала были исследованы в XVI главе, здесь же предметом исследования является его периодичность, его постоянное повторение.
Изучая кругооборот капитала, мы изучаем те формы, которые капитал принимает и сбрасывает в своем движении. Скорость обращения в этом случае к формам как таковым никакого отношения не имеет. Изучая же оборот капитала, мы изучаем скорость обращения, скорость, с которой капитал переходит от одной формы к другой. А скорость движения капитала в свою очередь порождает целый ряд таких явлений, которые еще не могут быть раскрыты при исследовании кругооборота капитала.
Во II томе «Капитала» Маркс вначале исследует кругооборот, а затем оборот промышленного капитала. Так и в отношении торгового капитала (в настоящем отделе): анализ оборота торгового капитала следует за анализом его кругооборота. Именно качественный анализ движения капитала, характеристика форм движения, дает ключ к пониманию его и с количественной стороны.
Словом, оборот капитала, как промышленного, так и торгового, может быть понят лишь на основе анализа его кругооборота.
Торговый капитал участвует в уравнении средней прибыли. Норма торговой прибыли такая же, как и норма промышленной прибыли. Но это еще не предшествует вопросу, как торговая прибыль распределяется на отдельные товары, потому что это зависит — для каждого сорта товара — от скорости оборота капитала. Чем быстрее оборачивается капитал, тем меньшая часть торговой прибыли прибавляется к покупной цене отдельного товара или отдельных партий товаров. Но этим самым устанавливается связь между скоростью оборота торгового капитала и торговыми ценами, что также исследуется в настоящей главе.
Скорость оборота торгового капитала влияет на торговые цены еще и через посредство издержек обращения: чем быстрее оборачивается торговый капитал, тем меньше издержек падает на единицу товара. Но этот вопрос Марксом здесь не рассматривается, так как он абстрагируется от издержек обращения.
При характеристике предмета исследования всего отдела мы уже отметили, что товарно-торговый капитал изучается Марксом лишь постольку, поскольку это необходимо для анализа основной структуры капитала. Само собой разумеется, что это относится и к обороту торгового капитала. Марксом не изучаются детали движения купеческого капитала; им, например, совершенно оставляются в стороне такие факты, как купля-продажа между самими купцами, движение товара от оптового купца к розничному и т. д.
Порядок исследования
Прежде всего Марксом исследуется оборот купеческого капитала в отличие от оборота промышленного капитала и значение его для воспроизводства всего общественного капитала. В частности, Марксом выясняется роль торгового капитала в развертывании периодически промышленных кризисов.
Далее, изучая скорость оборота торгового капитала с точки зрения общественного капитала, Маркс выясняет отношение между быстротой оборота данного капитала (взятого как часть всего общественного капитала) и общей массой его. При прочих равных условиях, чем больше оборотов купеческого капитала совершается в течение, скажем, года, тем меньше капитала находится в обращении, следовательно, тем больше капитала в сфере производства. Затем Маркс переходит к рассмотрению влияния оборота купеческого капитала на торговые цены.
Оборот товарно-торгового капитала
Оборот промышленного капитала состоит из двух фаз обращения и фазы производства. Оборот товарно-торгового капитала состоит только из двух фаз обращения. В обороте промышленного капитала дано единство производства и обращения. В обороте товарно-торгового капитала обращение обособлено от производства, выступает как независимое от последнего. Время оборота промышленного капитала равно времени производства плюс время обращения. Время оборота товарно-торгового капитала равно только времени обращения, и это как будто еще больше свидетельствует о независимости обращения от производства.
Но товарно-торговый капитал есть не что иное, как обособившийся товарный капитал, а его движение является лишь обособлением фазы \(T' - D'\) движения промышленного капитала в формально самостоятельный кругооборот \(D - T - D'\). Следовательно, обороты купеческого капитала суть так же не что иное, как продолжения оборотов промышленного капитала, продолжения, совершающиеся в обособившейся форме. Единство производства и обращения в оборотах купеческого капитала не уничтожено, а лишь раздвоено, расщеплено, разбито на якобы самостоятельные феномены, причем это единство дает себя чувствовать в кризисах.
Время оборота купеческого капитала равно лишь времени обращения, оно поставлено в определенные рамки. Это обстоятельство наиболее наглядно показывает, что движение купеческого капитала есть лишь момент в воспроизводстве общественного капитала: обращение товарного капитала \(T' - D'\) есть промежуточное звено между производством и потреблением; таким же оно остается и тогда, когда товарный капитал обособлен в товарно-торговый капитал. Он своим появлением обязан производству, а своим исчезновением — потреблению. Эти два полюса и составляют два предела для оборота купеческого капитала.
Однако купеческий капитал совершает самостоятельное (формально) движение. Обороты купеческого капитала представляют собой полную аналогию с оборотами денег как средства обращения.
Деньги движутся из одних рук в другие, и чем быстрее совершается это движение, тем, во-первых, больше товарных масс продается и покупается на эти деньги, тем, во-вторых, меньше в сравнении со стоимостью товарных масс нужно денег. Так и в отношении оборотов купеческого капитала: чем быстрее он оборачивается, тем больше реализуемая масса товарного капитала и тем количественно он меньше в сравнении с этой массой. Так же, как обращение товаров, обусловливающее собою обращение денег, представляется обусловленным последним, движение массы товарного капитала представляется зависимым от размера и скорости движения купеческого капитала. Конечно, движение купеческого капитала ускоряет движение промышленного капитала, как и правильное функционирование денег облегчает и ускоряет обращение товаров. Но причина остается причиной, а следствие — следствием, хотя последнее в свою очередь влияет на первую.
Движение денег есть выражение движения товаров и им обусловлено, но в свою очередь влияет на последнее; обороты купеческого капитала обусловлены оборотами промышленного капитала, но также в свою очередь влияют на последние. С каждым оборотом промышленного капитала в обращении выбрасываются все новые товарные массы, которые свой дальнейший «жизненный путь» продолжают у купца, становясь его товарно-торговым капиталом. Купец сокращает время пребывания товарных масс в обращении — это, как мы знаем, одна из его функций, все же товарные массы являются для него данными извне. Он не только их не создает, но и не может влиять на их цены; последние определяются той ценой, которую он уплатил и которая от него не зависит, плюс издержки обращения и средняя прибыль, которые тоже от него не зависят. Купец — агент промышленного капиталиста, но агент, обособившийся в самостоятельного капиталиста. В этом заключается своеобразие торгового капитала (а купец ведь лишь персонифицированный торговый капитал); в этом также отличие движения купеческого капитала от движения денег в качестве орудия обращения, несмотря на всю ту аналогию, которая только что была проведена между этими двумя движениями.
Движение денег в качестве орудия обращения опосредствует движение товаров; одно \(T\) обменивается на другое \(T\) через посредство денег. Деньги как определенная масса монет находятся все время в движении, но они каждый раз затрачиваются, удаляясь все время от покупателя к продавцу; и этим они выполняют свою функцию орудия обращения в бесчисленном множестве кругооборотов товарных масс. Но их движение — не круговое. Движение купеческого капитала опосредствует движение промышленных капиталов; покупая средства производства у одних промышленников, торговец продает их другим промышленникам; его капитал составляет также промежуточное звено между производством и личным потреблением. Однако свой денежный капитал он каждый раз авансирует, а не затрачивает. Его деньги от него удаляются (поскольку они выполняют обычные денежные функции), но его капитал вновь к нему возвращается, возвращается возросшим, с прибылью.
Оборот купеческого капитала и кризисы
Мы уже отметили, что в оборотах купеческого капитала единство производства и обращения расщепляется; последнее обособляется от первого и становится как бы независимым от него. И в известных границах обращение действительно становится таковым. Но имманентные противоречия капиталистического производства этим лишь обостряются и начинают проявляться наиболее остро. Промышленный капиталист не имеет непосредственно дела с конечным потребителем. Между производством и потреблением находится торговля, руководимая особой группой капиталистов, которые располагают не только крупными собственными денежными капиталами, но и значительной массой чужих денежных капиталов (благодаря кредиту). Обороты купеческого капитала не только следуют друг за другом, но, переплетаясь друг с другом, они пересекают друг друга. Поместив свой денежный капитал в товар, купец не ждет реализации последнего, а продолжает покупать товары. Это, между прочим, одна из функций торгового капитала: непрерывно закупая товары, купец освобождает от них промышленника и предоставляет ему возможность безостановочно продолжать процесс производства. Заботу о сбыте берет на себя купец, он же является и «хранителем» общественных запасов. Но этим маскируется, а следовательно, и усугубляется разрыв между производством и реализацией; видимость реализации заступает на время место действительной реализации. Особенно это дает себя чувствовать в периоды так называемого расцвета. Купец, правда, тогда продает действительно много, так как налицо усиленный спрос как со стороны индивидуального, так и со стороны производственного потребления. Купец в такие периоды много продает, но еще больше покупает; начавшееся в период расцвета перепроизводство на время скрывается, но не надолго; наступает крах.
Необходимо подчеркнуть, что Маркс здесь не раскрывает причины кризисов: ее следует искать не в движении купеческого капитала. Маркс здесь лишь выясняет роль купеческого капитала в кризисах.
Доля промышленного и торгового капитала в общественном капитале
Капитал существует в трех формах: денежной, товарной и производственной. Денежный и товарный капитал Маркс называет еще капиталом обращения. С этой точки зрения весь общественный капитал делится на капитал производства (занятый в сфере производства) и капитал обращения (занятый в сфере обращения). Капитал промышленника находится во всех трех формах, капитал торговца — только в двух формах или — что в данном разрезе одно и то же — капитал промышленника делится на капитал производства и капитал обращения; капитал торговца является только капиталом обращения. Поэтому, если предположить, что вся товарная масса проходит через руки купца, то купеческий капитал количественно совпадает с капиталом обращения. Такое допущение Марксом и делается в настоящем отделе при исследовании купеческого капитала.
Также и здесь, говоря о доле купеческого и промышленного капитала в общественном капитале. Маркс исходит из допущения, что купеческий капитал и капитал обращения количественно тождественны. И ставится вопрос, как и в зависимости от чего меняются отношения между промышленным и купеческим капиталом. Речь идет не об абсолютных, а об относительных величинах.
Решающую роль играет скорость оборота купеческого капитала, поскольку при указанном допущении скорость обращения вообще совпадает со скоростью оборота купеческого капитала. Чем быстрее последний оборачивается, тем меньше капитала нужно для обращения. Уже раньше было отмечено, что скорость оборота купеческого капитала имеет две границы: 1) в размерах и скорости процесса производства, 2) в размерах и скорости потребления. Но в пределах этих границ скорость оборота купеческого капитала в основном зависит от состояния и налаженности торговой сети и вообще торговых связей, от развития транспорта и средств сношения (почты, телеграфа и т. д.), от степени развития кредита. Все эти моменты в свою очередь определяются развитием производительных сил и соответствующих им капиталистических отношений.
Отсюда следует, что с развитием капиталистического способа производства купеческий капитал относительно уменьшается. Абсолютно он растет, так как растет продукция вообще и еще больше растет ее товарная часть. Но относительно он уменьшается вследствие роста скорости оборота купеческого капитала. Помимо того, купеческий капитал относительно уменьшается еще и потому, что с развитием капитализма уменьшается стоимость товаров; он меньше в сравнении с количеством тех товаров, которые им обслуживаются.
Однако не нужно упускать из виду, что с развитием капитализма растет спекуляция, растут также торговые сделки, которые с воспроизводством и обращением общественного капитала, как таковым, ничего общего не имеют. А эта часть капитала «обращения» значительно растет, особенно в эпоху империализма.
Оборот купеческого капитала и цены
Цена, по которой купец продает товары, равняется покупной цене плюс торговая прибыль (издержки обращения оставляются в стороне). И та, и другая от него не зависит. Однако отсюда не следует, что скорость оборота купеческого капитала не имеет никакого влияния на продажные цены. Чем быстрее оборачивается купеческий капитал, тем меньшая часть годовой прибыли падает на единицу товара. Если, скажем, годовой оборот купца равен 1000, т. е. он купил и продал товаров в течение года на 1000, а авансировал для этого всего 100 (последние оборачивались 10 раз), то прибыль его исчисляется на 100, а не на 1000. Если норма прибыли, допустим, равна 15 %, то в нашем примере купец при каждом обороте продает товары за 101,5; если же его капитал оборачивался бы только 5 раз в год, то он должен был бы продавать товары за 103.
Итак, скорость оборота купеческого капитала влияет на цены в том смысле, что от этой скорости зависит, какая доля торговой прибыли падает на данную массу товаров или на единицу товара. Но вульгарное представление об этом совсем иное: «с точки зрения купеческого капитала кажется, что сам оборот определяет цены».
Если оборот определяет цены, то им же определяется и торговая прибыль, т. е. последняя есть результат обращения. Одно увязывается с другим: ложное представление об образовании торговых цен — с ложным представлением о торговой прибыли.
Влияние оборота капитала на цены — бесспорный факт. Но весь вопрос в том, как этот факт понимать, какова его природа. Вульгарный экономист все ставит на голову: 1) из оборота он выводит цены, 2) из цен выводит торговую прибыль (как разницу между покупной и продажной ценой). Истинная же связь явлений как раз обратная: 1) торговая прибыль есть часть прибавочной стоимости, присваиваемая купеческим капиталом соответственно своей величине; 2) эта прибыль присоединяется к покупной цене всей товарной массы, которая покупается и продается данным капиталом; 3) от скорости оборота зависит лишь, больше или меньше товаров будет куплено и продано, следовательно, какая часть прибыли падает на отдельный товар или отдельную партию товаров.
Вульгарное понимание связи цен со скоростью оборота заключается еще в том, что эта связь трактуется субъективно: будто от доброй воли купца зависит как ускорение оборота, так и обусловленное им снижение цен. Не говоря уже о том, что скорость оборота определяется, как выяснено было раньше, степенью развития капиталистического производства, необходимо еще принять во внимание, что под скоростью оборота понимается средняя скорость.
Уже в определении средней нормы прибыли, в котором участвует и купеческий капитал, учитывается не только величина последнего, но и скорость его оборота. Точнее, определенная величина купеческого капитала уже включает в себя и определенную скорость его обращения, так как разным скоростям соответствуют разные величины капитала. И само собой разумеется, что речь может идти лишь о средней скорости, скорости нормальной, определяющейся средними условиями транспорта, сношений, связи и т. д. Если же отдельным купцам удается ускорить обороты своих капиталов, то это дает им возможность извлечь добавочную прибыль.
Правда, такой купец может в целях конкуренции снизить продажные цены. При средней норме прибыли, например, в 15 % и средней скорости в 5 оборотов в год продажные цены товаров, за которые купцом уплачено 100, равны 103. Если тот или иной купец доводит число оборотов в год до 8, то он может либо продавать по указанным ценам и получать добавочную прибыль на каждую сотню в размере 9 (3 × 8 — 15), либо же в целях конкуренции снизить цены, продавать, скажем, за 102 товары, купленные им за 100. Это, между прочим, и лежит в основе рассмотренного вульгарного представления, что снижение цен вследствие ускорения оборота зависит от купца.
Но упускается из виду, что в данном случае мы имеем дело с явлениями конкуренции, когда товары продаются ниже общественных цен производства. И промышленный капиталист, когда ему удается уменьшить стоимость товара, сделать ее ниже общественной, тоже может либо получить добавочную прибыль, либо понизить цены.
Но это не только не противоречит закону стоимости, но, наоборот, его подтверждает: так как именно этот закон, согласно которому стоимость определяется общественно необходимым рабочим временем, ставит в лучшие условия конкуренции тех предпринимателей, которые производят при условиях лучших, чем средние.
Так и в отношении купца: ускорение им оборота капитала дает ему возможность снизить цены и занять лучшее положение на рынке именно потому, что существуют общественные цены производства, которые от него не зависят, но которые им могут быть использованы, если ему удастся увеличить скорость оборота по сравнению со средней скоростью.
19. Денежно-торговый капитал¶
Предмет исследования
Купеческий капитал Маркс, как мы знаем, делит на два подвида: на товарно-торговый и денежно-торговый капитал. В настоящей главе вкратце рассматривается этот второй подвид купеческого капитала.
Чисто технические операции и функции денежно-торгового капитала (определение денежно-торгового капитала Маркс дает в III томе «Капитала» в главе XIX) тесно переплетаются с операциями и функциями банков. Денежно-торговый капитал с самого начала тесно связан с ссудным капиталом и ссудно-кредитными операциями. Да и по форме движения денежно-торговый капитал ближе стоит к ссудному, чем к товарно-торговому капиталу.
Однако денежно-торговый капитал есть купеческий капитал: он не ссужается, а купец его авансирует для выполнения определенных технических операций, обусловленных движением денежного капитала промышленных и торговых капиталистов (торговцев товарами). Как торговец товарами авансирует часть своего капитала на издержки обращения, так и денежно-торговый капиталист авансирует капитал на издержки обращения. Различие же между ними в следующем: первый имеет дело с обращением товаров, второй — с обращением денег. И как товарно-торговый капиталист получает прибыль наравне с промышленным капиталистом, так денежно-торговый капиталист получает прибыль, а не процент.
Необходимо заметить, что Маркс нигде не говорит об уровне прибыли денежно-торгового капитала, но из всего контекста ясно видно, что норма прибыли у него такая же, как у товарно-торгового и промышленного капитала. Если прибыль денежно-торгового капитала была бы ниже существующей средней прибыли, то он извлекался бы из данной сферы обращения и перешел бы либо в торговлю товарами, либо в промышленность. Издержки обращения увеличились бы, и общая норма прибыли снизилась бы. Как раз путем выделения издержек, связанных с обращением денег, в особый вид капитала, в денежно-торговый капитал, эти издержки уменьшаются, но это выделение возможно, если прибыль денежно-торгового капитала будет получаться согласно закону равенства прибылей на равные капиталы.
Порядок исследования
Денежно-торговый капитал отличается и от промышленного, и от товарно-торгового капитала. Но в то время как от промышленного капитала его отличает в первую очередь то, что вообще отличает купеческий капитал (капитал обращения) от промышленного капитала (капитала производства), с товарно-торговым он составляет, несмотря на различие между ними, один и тот же вид капитала, занятого в обращении и обусловленного последним.
Марксом рассматриваются операции денежно-торгового капитала, что дает возможность выяснить его функции в воспроизводстве и обращении общественного капитала. В общем и целом эти функции сходны с теми функциями, которые выполняются товарно-торговым капиталом. Они сводятся к сокращению чистых издержек обращения и к уменьшению капитала, занятого в сфере обращения, следовательно, к повышению нормы прибыли. В кратком резюме на основании проведенного исследования дается окончательное определение денежно-торгового капитала, его сущности и формы движения.
Основные операции денежноторгового капитала
Денежный капитал как в кругообороте промышленного, так и товарно-торгового капитала выполняет лишь функции денег. Эти чисто денежные функции денежного капитала обусловливают собой целый ряд технических операций (каждой функции соответствуют особые операции), которые и выполняются денежно-торговым капиталом.
Функция денег как средства обращения требует работы по приему и выдаче денег, хранения их, а также счетоводческих и бухгалтерских операций. Функция денег как средства платежа обусловливает собой еще такие операции, как инкассирование, введение текущих счетов, взаимное погашение задолженностей и т. д. Функция денег как средства накопления вызывает целый ряд сложнейших операций по созданию и хранению сокровища, которое находится в постоянном движении, то увеличиваясь за счет изъятия денег из обращения, то, наоборот, уменьшаясь вследствие роста спроса на средства обращения или средства платежа. Наконец, циркуляция денег в виде слитков (мировых денег) и монет разных государств (национальных денег) делает необходимой функцию меньшиного дела — обмена одних национальных денег на другие и обмена национальных денег на мировые.
Перечисленные операции, в которых нуждается весь класс промышленных и торговых капиталистов, выполняются одной группой капиталистов, которые авансируют на эти операции необходимый капитал. Последний с точки зрения общественного капитала есть не что иное, как обособившаяся часть денежного капитала, расходующегося на конторы, на наем кассиров, бухгалтеров, счетоводов и иных возможных агентов и специалистов по денежному обращению. Обособление заключается не только и не столько в том, что указанные операции выполняются лицами, которые на них специализируются, а в том, что это является делом особых капиталистов, что это организовано в виде особых капиталистических предприятий. Кассиры, бухгалтера и всякие другие специалисты, которые фактически выполняют эти операции, являются лишь наемными служащими, работающими под командой капитала, называющегося денежно-торговым капиталом.
Операции эти как обусловленные движением денег не создают ни стоимости, ни прибавочной стоимости, но капитал, авансированный на них, приносит прибыль. Он не производителен, но необходим и полезен (для капиталистической системы); не будь его, каждый капиталист должен был бы авансировать капитал на выполнение этих операций. Само собой понятно, что это обходилось бы дороже. Потребовалось бы больше капитала, затрачивалось бы больше труда, следовательно, и больше издержек обращения; все это выразилось бы в уменьшении нормы прибыли.
Резюме
Торговля деньгами не есть какая-то особая торговля, особая сфера обращения. Более того, это даже не торговля в настоящем смысле слова. Прием и выдача денег и другие из перечисленных выше операций обусловлены лишь движением денег, но отнюдь не составляют обращения в экономическом смысле. Купля-продажа совершается помимо кассира, инкассатора, бухгалтера; их работа обусловлена обращением, но сама не есть обращение. А от того, что эта работа организована особой группой капиталистов в виде особых предприятий, ее природа не меняется.
Денежный торговец не совершает никаких метаморфоз, никакого обращения в экономическом смысле. Правда, он покупает или нанимает помещение под контору; он также нанимает служащих, его капитал из денежной формы превращается в эти факторы обращения. Но ни стоимость конторы, ни стоимость рабочей силы служащих не воспроизводятся и не переносятся в обращении. В последнем они лишь затрачиваются как чистые издержки обращения. Авансированный на эти издержки капитал возмещается из другого источника: из прибавочной стоимости, созданной в сфере производства. Если торговец товарами помещает свой капитал в основном в товары, а лишь часть капитала (сравнительно небольшую) расходует на издержки обращения, то денежно-торговый капиталист, наоборот, весь свой капитал расходует на издержки обращения. Он как бы совершил фазу: \(Д-Т\) (он покупает рабочую силу служащих и разные средства обращения — контору и конторские принадлежности). Мы говорим «как бы», так как здесь \(Д-Т\) не есть превращение денежного капитала в производительный или даже в товарный. Это — лишь расходование денег, которое, правда, возмещается и даже с прибылью, а потому является в то же время и авансированием капитала, но это только потому, что операции, выполняемые денежно-торговым капиталом, являются необходимыми моментами в действительных кругооборотах промышленного и товарно-торгового капитала.
20. Из истории купеческого капитала¶
Предмет исследования
В предыдущих главах настоящего отдела торговый капитал исследовался как форма капитала, производная от промышленного капитала, как товарная и денежная формы промышленного капитала, обособившиеся в товарно-торговый и денежно-торговый капитал. В настоящей главе торговый капитал исследуется как самостоятельная форма капитала, а таковым торговый капитал был в докапиталистические эпохи, а также в период «предыстории» капиталистического способа производства, т. е. в период так называемого первоначального накопления.
Маркс ставит себе задачу выяснить различие между торговым капиталом и тем купеческим капиталом, который при капитализме стал лишь капиталом с особой функцией. Их различие состоит не в том, что один более, а другой менее развит, их отделяет друг от друга различие в способах производства.
Изменение роли и функции торгового капитала обусловлено не развитием самого торгового капитала, а развитием и изменением способа производства. Капиталистический способ производства низводит купеческий капитал «до такой роли, когда он является лишь особым моментом применения капитала вообще». Но и в докапиталистические эпохи его роль была различна; его значение в древности отличается от его значения в средние века, иным становится его значение и в «предыстории» капитализма.
Правда, торговый капитал в свою очередь воздействует на способ производства, при котором он функционирует, он отнюдь не только пассивный фактор. Но характер его активности, направление, в котором он воздействует на производство, зависит не от него.
Необходимой и достаточной предпосылкой торгового капитала является товарное обращение \(Д—Т—Д'\) предполагает \(Т—Д—Т\), без которого невозможно и первое; но, с другой стороны, \(Т—Д—Т\) неминует приводит к \(Д—Т—Д'\). Как только продукт труда превращается в товар, а товар превращается в деньги, появляется купец, который делает своей специальностью куплю и продажу. Но его задача состоит не в обслуживании покупателя и продавца, а в размножении денег, в превращении \(Д\) в \(Д'\), \(Т—Д—Т\) порождает \(Д—Т—Д'\), но в \(Д—Т—Д'\) и \(Т\) и \(Д\) приобретают новое качество: \(Т\) становится товарным капиталом, а \(Д\) — денежным капиталом; взятые вместе, они и образуют купеческий капитал, образуют обе его формы: денежную и товарную.
Отсюда, во-первых, вытекает то, что торговый капитал мог существовать и существовал при разных способах производства, так как при разных способах производства существовало товарное обращение. Оно имело место и в азиатских деспотиях, и в древнегреческом и древнеримском рабовладельческих хозяйствах, и в крепостном хозяйстве. Во-вторых, хотя движение торгового капитала по внешности не изменилось, — как в докапиталистические эпохи, так и при капиталистическом способе производства оно совершается в виде \(Д—Т—Д'\), — однако изменилось не только его содержание, но и форма. При капиталистическом способе производства торговец покупает не товар, а товарный капитал, он покупает \(Т'\), заключающее в себе и авансированную капитальную стоимость и прибавочную стоимость. А деньги купца являются денежным капиталом, потому что они суть денежная форма промышленного капитала, потому что они в кругообороте последнего превращаются в рабочую силу и средства производства, вследствие чего они являются всегда потенциальным капиталом. При докапиталистических способах производства товар и деньги впервые выступают как капитал только у купца, в кругообороте \(Д—Т—Д'\).
Порядок исследования
Исследованию торгового капитала Маркс предпосылает краткое введение, в котором он показывает, в каких противоречиях вращались даже лучшие буржуазные экономисты при рассмотрении ими торгового капитала. Торговый капитал рассматривался ими и как производительный, и как непроизводительный капитал.
Исследование торгового капитала в докапиталистические эпохи Маркс начинает констатацией того факта, что купеческий капитал существовал при совершенно различных способах производства. Торговые народы древности Маркс уподобляет богам Эпикура, которые согласно представлениям этого древнего философа-материалиста жили в междумировых пространствах. В известной мере это относится к купеческому капиталу и в последующие докапиталистические эпохи. Но уподобление купеческого капитала богам Эпикура не следует понимать в том смысле, что торговый капитал в докапиталистические эпохи и даже в древности не имеет никакого значения. Указанное уподобление фигурально выражает лишь ту мысль, что в те эпохи торговый капитал внутренне был чужд господствовавшему тогда способу производства: для его существования последний был безразличен. Купец был посредником и мог быть посредником между покупателем и продавцом совершенно независимо от их социального положения.
Купеческий капитал существовал и может существовать при разных способах производства, но при наличии одного условия — товарообращения. И Маркс начинает с анализа этой необходимой и достаточной предпосылки торгового капитала. Затем Маркс останавливается на роли торговли и торгового капитала в разные периоды, особенно в период, непосредственно предшествовавший капиталистическому способу производства.
Глава заканчивается краткой характеристикой меркантильной системы.
Краткое введение
Классики резко полемизировали с меркантилистами: тезису последних, что источником богатства является торговля, они противопоставили тезис, что источник богатства есть производство. Это было значительным шагом вперед, но, отождествляя капиталистическое производство с производством вообще, классики вращались в неразрешимых противоречиях и наталкивались на непреодолимые трудности. Одну из таких трудностей представляла проблема торгового капитала и торговой прибыли.
Классики отвергли меркантильную теорию прибыли, согласно которой источник прибыли есть обращение; но они не могли отвергнуть того факта, что торговля доставляет прибыль и что торговый капитал соответственно своей величине доставляет такую же прибыль, как и промышленный капитал. Отсюда, с одной стороны, замалчивание торгового капитала: анализируя капитал, классики обычно имеют в виду промышленный капитал, с другой стороны — попытка приравнять торговый капитал к промышленному капиталу, рассматривать его как один из видов производственного капитала.
Раз форма капитала остается незамеченной, то, само собой разумеется, торговый капитал не может восприниматься как обособившаяся форма промышленного капитала. Торговля неизбежно должна рассматриваться как особая отрасль производства, а торговый капитал — как капитал, занятый в этой «отрасли производства». Но ввиду «грубости» и «нелепости» такого представления классики чаще всего совсем обходят проблему торгового капитала. Зато вульгарных экономистов это грубое и нелепое представление совсем не смущает. Более того, они пошли гораздо дальше: они не обращение, а производство рассматривают как своеобразное посредничество.
Основная предпосылка купеческого капитала
Ближайшей предпосылкой купеческого капитала, как уже было отмечено, является товарообращение. Купеческий капитал не создает обмен, а возникает на основе возникшего обмена — в результате дальнейшего развития товарного производства. Купец — посредник; следовательно, должны быть те звенья, т. е. покупатели и продавцы, между которыми купец посредничает. Словом, товарный капитал есть результат, продукт обмена, а не его причина. Между тем апологеты торгового капитала выставляют его как творца обмена, по их уверениям, обмен, торговля и торговый капитал — чуть ли не синонимы.
Торговый капитал предполагает обмен, но им не исчерпывается. \(Д—Т—Д'\) есть нечто совершенно отличное от \(Т—Д—Т\), хотя оно может развиться только из последнего. В \(Т—Д—Т\) обмен служит потреблению, есть обмен потребительских стоимостей; в \(Д—Т—Д'\) обмен служит обогащению и не обогащению вообще, а увеличению богатства в денежной форме. В утверждениях буржуазных экономистов, что купец обслуживает покупателя и продавца, упущено самое главное: упущено то, что это «обслуживание» для купца лишь необходимость, неизбежное зло, цель же его — превратить \(Д\) в \(Д'\).
Но если товарообращение есть предпосылка торгового капитала, то последний в свою очередь влияет на эту предпосылку, воспроизводит ее во все расширяющихся размерах. Он расширяет обмен, доставляя продукты одной области в другие области, он вызывает в последних спрос на них, а расширяя сбыт, он стимулирует предложение. Но еще более важна принципиальная сторона, качественное изменение. Товар в докапиталистические эпохи еще не был формой экономической клеточки тогдашних общественных формаций. Однако и тогда товар был вещественным носителем общественных связей, и, поскольку купец содействовал расширению и упрочению этих связей, он содействовал развитию самого товара, развивал «дремлющее» в нем начало новых отношений. Торговый капитал развивает «дремлющее начало» товаров, но отнюдь его не создает. В торговле продукт труда получает свое дальнейшее развитие как товар, свое дальнейшее развертывание. Превращение продуктов труда в товары есть длительный процесс; он начинается с первых зачатков обмена, которые носят еще случайный характер. Свою первую кристаллизацию этот процесс получает в выделении одного из товаров в качестве всеобщего эквивалента. Дальнейшую кристаллизацию стоимость получает в торговле, в возникновении и развитии торгового капитала, расширяющего обмен, выводящего его за локальные рамки и вовлекающего все больше продуктов труда в товарооборот. В этих случаях торговый капитал, действительно, придает вновь вовлеченным им продуктам труда форму товара, но он может им придать такую форму, потому что, во-первых, эта форма уже существует, во-вторых, сам торговый капитал возник из этой формы как своей предпосылки.
Купеческий капитал, развивая «дремлющее начало» товара и денег, придает им новые формы, выражающие новые отношения. Товар и деньги становятся товарной и денежной формами капитала, следовательно, они выражают не только отношения простых товаропроизводителей, но отношения господства над последними. Посредник между ними и «обслуживающий» их купец является их эксплуататором. При этом дело не меняется от того, что купец имеет дело не с непосредственными производителями, а с теми, кто присвоил прибавочный труд товаропроизводителей, как, например, в рабовладельческом или феодальном обществе.
Во всех случаях купеческий капитал означает эксплуатацию труда, но не организацию его. Отсюда и ограниченность роли торгового капитала; не изменяя способа производства, он может развить обращение лишь в тех пределах, которые позволяет существующий способ производства.
Роль торгового капитала в докапиталистические эпохи
Роль торгового капитала была разрушительной для докапиталистических общественных формаций. Торговый капитал, развивая товарно-денежные отношения, действовал разлагающе на указанные экономические формации. Воспроизводя во все расширяющихся размерах товарно-денежные отношения, купеческий капитал их в то же время модифицировал новыми отношениями. Это — во-первых. Во-вторых, он способствовал разложению простых товаропроизводителей, превращая наиболее зажиточные элементы в купцов и ростовщиков, а всю массу — в пауперов. Древнеримский пролетариат в значительной мере обязан своим возникновением торговому капиталу и ростовщичеству. Ростовщический и торговый капиталы Маркс называет близнецами, они таковыми являются не только потому, что исторически одновременно родились; они являются таковыми и потому, что идут рука об руку в разрушении тех устоев, на которых они возникли и могли существовать.
Самое важное в торговом капитале — это то, что он развивает богатство как денежное богатство. Натуральное богатство имеет свои границы в потреблении эксплуатирующих классов; денежное богатство беспридельно. Но купец, доставляя продукты одной области в другую, расширяет и потребности; предложением он порождает спрос. А это значит, что он в первую очередь порождал спрос на деньги, а усилившийся спрос на деньги усиливал жажду прибавочного продукта, который благодаря «обслуживанию» купца легко можно было превратить в деньги.
Предметом ввоза в западноевропейские страны в средние века были предметы роскоши, которые ввозились из промышленно более развитых стран Азии; вывозились же сырые продукты. Предметом ввоза был также благородный металл; внешняя торговля была источником денежного богатства, увеличения денежного материала страны. Купеческий капитал увеличил и денежное, и «потребляющее богатство», но он не мог развивать производство; оставшаяся старой, производственная база должна была разрушаться. Единственная заслуга купеческого капитала заключается в том, что, создав денежное богатство, он создал некоторые предпосылки капиталистического способа производства. Д—Т ... П ... Т'—Д', кругооборот промышленного капитала, имеет своей предпосылкой Д—Т—Д', т. е. кругооборот торгового капитала. Кругооборот промышленного капитала тоже начинается с денег и не с денег вообще, а с такой суммы денег, которая достаточна для превращения их в рабочую силу и средства производства; следовательно, эти деньги должны быть накоплены, а накопились они в торговле. Далее, капиталистическое производство есть массовое производство; оно, следовательно, во-первых, предполагает с самого начала относительно обширные рынки, а они были созданы при содействии торгового капитала. Во-вторых, оно предполагает купца, который концентрирует куплю-продажу товаров.
Торговый капитал подготовил ряд предпосылок для капиталистического способа производства. Более того, сначала и само капиталистическое производство развивается под флагом и гегемонией торгового капитала. Ряд ступеней ведет от чистого торговца, живущего только в сфере обращения, к промышленному капиталисту.
Торговый капиталист, расширяя рынок, стимулирует расширение производства и своим капиталом приходит на «помощь» товаропроизводителям, кредитуя им сырье, иногда и орудия производства. Это ставит производство под контроль купца, ремесленник превращается в кустаря, работающего на купца и полностью зависимого от него. Остается один шаг к собиранию таких «самостоятельных» ремесленников под одной крышей и под властью одного капитала, т. е. к замене мелкой ремесленной мастерской простой капиталистической кооперацией.
В условиях современного капитализма функционирование торгового капитала претерпевает определенные изменения. В составе издержек торгового капитала все больший удельный вес занимают дополнительные издержки, что связано с возрастанием роли процесса, продолжающего производство в сфере торговли, — расфасовки, упаковки, хранения и транспортировки товаров и т. п. Одновременно происходит рост и чистых издержек обращения, связанный с обострением проблемы реализации, что вызывает рост расходов по таким направлениям, как, например, расходы на рекламу.
Тенденция к сокращению издержек обращения и уменьшению доли торгового капитала во всем общественном капитале, свойственная капитализму эпохи свободной конкуренции, сталкивается теперь с сильными противодействующими факторами. Рост издержек обращения выступает как та «цена», которую совокупный капитал вынужден платить за растущие противоречия между условиями производства и реализации. Разрешение этих противоречий в сфере действия торгового капитала связано с расходами на создание сложной и дорогостоящей системы широкомасштабного оперативного учета покупательского спроса, движения товарных запасов и т. д.
Элементы планомерного учета рынка позволяют относительно уменьшить перенакопление капитала в товарной форме (но зато увеличивают перенакопление производственного капитала). В этом же направлении действует все более тесное переплетение торгового и промышленного капитала, создающих систему последовательных мер по «проталкиванию» товаров до конечного потребителя. Сюда входят и изучение рыночного спроса, и соответствующая корректировка объема и качества выпускаемых товаров, и комплекс методов по активному формированию спроса. Все это ложится дополнительным грузом на издержки обращения. По большей части эти новые явления связаны с монополистическим характером современного капитализма, с развитием промышленных и торговых монополий.