УТОПИЧЕСКИЙ СОЦИАЛИЗМ

Утопический социализм

Социалистические учения, которые в отличие от теории научного социализма Маркса строили широкие и всеобъемлющие планы переустройства общества оторванно от реальной жизни общества и классовой борьбы. Свои социалистические идеалы социалисты-утописты обосновывали чисто идеалистически, не понимая первенствующей роли условий материальной жизни общества в историческом развитии. Утопический социализм появился в период разложения феодализма и связан с революционными движениями. Родоначальником утопического социализма был Томас Мор (см.), выдающимся социалистом-утопистом был Кампанелла (см.). Дальнейшее своё развитие утопический социализм получил в XVIII в. (см. Морелли, Мелье, Мабли). Великими социалистами-утопистами в начале XIX в. были Клод Анри Сен-Симон (см.), Шарль Фурье (см.) и Роберт Оуэн (см.).

Утопический социализм возник, когда классовая борьба пролетариата была ещё недостаточно развита. «Все социалисты–основатели сект,– писал Маркс, – принадлежат к тому периоду, когда ни рабочий класс не был еще достаточно выкован и организован ходом развития самого капиталистического общества, чтобы выступить исторически действующим лицом на мировую арену, ни материальные условия его освобождения не созрели в достаточной мере в недрах самого старого мира. Нищета рабочего класса существовала, но условия для его собственного движения еще не существовали» (Маркс и Энгельс, Парижская Коммуна, 92). Поэтому проповедь социализма принимала неизбежно утопический, т. е. мечтательный, нереальный, характер. Несмотря на свой утопический характер, ранний социализм сыграл огромную роль в развитии передовой общественной мысли. Утопический социализм, представленный Сен-Симоном, Фурье и Оуэном, являлся одним из теоретических источников научного социализма. Энгельс указывал, что научный социализм стоит на плечах этих утопических социалистов, которых он называет, несмотря на утопизм их теорий, величайшими умами всех времён (см. Маркс и Энгельс, Избр. произв., т. I, 604). Утопический социализм глубоко и ярко критиковал противоречия капитализма, убеждал в необходимости замены его социализмом, предвидел уничтожение противоположности между городом и деревней, уничтожение частной собственности и т. д. Однако представители утопического социализма не могли понять и объяснить сущности капиталистического способа производства и тех объективных условий, которые ведут к победе социализма. Они не видели и той силы, которая способна стать творцом нового общества. В пролетариате утописты видели только угнетённую массу, которой надо сочувствовать и помогать, а не великую историческую силу, которая одна только и способна своей борьбой обеспечить претворение социалистических идей в жизнь. Утописты «хотели создать счастье на земле законодательством, декларациями, без помощи самого народа (рабочих)» (Сталин, т. 1, с. 12). Поэтому теории утопистов оставались лишь теориями, проходящими мимо пролетариата, среди массы же зрела великая мысль о том, что освобождение рабочего класса может быть делом только самого рабочего класса.

В России идеи утопического социализма выражали такие выдающиеся умы, идеологи революционного крестьянства, как Чернышевский (см.), Добролюбов (см.) и др. Социалистические идеи великих русских революционных демократов XIX в. стояли выше идей западноевропейского домарксовского социализма. Эти идеи отличались последовательной революционностью, боевым духом революционного демократизма. Революционные демократы понимали, что одной лишь мирной проповедью нельзя осуществить социалистические идеалы, что только трудящийся народ кровно заинтересован в замене старого общества новым. Однако их социализм был тоже утопическим. Исторические условия крепостнической России ещё не созрели для возникновения научного социализма, пролетариат ещё только зарождался. В силу этого революционные демократы не могли прийти к научному выводу о том, что только пролетариат является той силой, которая может построить социализм, значит не могли прийти и к теории научного социализма. Революционные демократы мечтали о переходе к социализму через старую крестьянскую общину. Только Маркс и Энгельс превратили социализм из утопии в науку. Они доказали, что социализм – не выдумка мечтателей, утопистов, а необходимый результат, вытекающий из развития капиталистического общества и классовой борьбы пролетариата, задачей которого является уничтожение капитализма и построение социализма (см. Научный коммунизм).

Утопический социализм

Социалистические учения, возникшие до появления научного социализма Маркса в неразвитый период рабочего движения в начале XIX века. Утопический социализм критиковал капиталистическое общество, осуждал, проклинал его, мечтал об уничтожении его, фантазировал о лучшем строе, убеждал богатых в безнравственности эксплуатации. Но утопический социализм не мог указать действительного выхода. Он не умел ни разъяснить сущность наёмного рабства при капитализме, ни открыть законы его развития, ни найти ту общественную силу, которая способна стать творцом нового общества (Ленин).

Социалисты-утописты отвергали всякую политическую, особенно революционную деятельность; они считали, что можно убедить эксплуататоров в превосходстве социалистического строя и при их помощи добиться осуществления социализма. В этом утопизм (несбыточность) их учения. Однако их критика капиталистического строя, требование уничтожения частной собственности, пропаганда будущего социалистического общества способствовали на заре зарождавшегося рабочего движения просвещению рабочих масс.

Выдающиеся социалисты-утописты: Фурье (1772–1837), Сен-Симон (1760–1825), Оуэн (1771–1858). В середине XIX века Маркс и Энгельс создали научный социализм–марксизм.

Утопический социализм

Предшествующие научному коммунизму теории и учения о коренном преобразовании и справедливом устройстве общества на социалистических началах, не опирающиеся на знание законов общественного развития и его движущих сил. Как совокупность идей и течений до XVIII века включал в себя также утопический коммунизм.

Понятие «утопический социализм» происходит от названия сочинения английского мыслителя Т. Мора «Утопия» (1516 год). Зачатки социалистических идей, содержащих освободительные устремления, наблюдались уже в средние века как реакция на появление частной собственности, эксплуатации человека человеком. В идеях утопического социализма XVI века содержались первые элементы критики нарождающегося буржуазного общества и сознания необходимости подлинно гуманного общества.

В коммунистических утопиях Т. Мора и итальянца Т. Кампанеллы (XVI век) содержится требование установить разумное общество, которое основывалось бы на общественной собственности и всеобщей организации хозяйства. В эпоху раннего капитализма (XVIII век) представители утопического коммунизма (Ж. Мелье, Г. Мабли, Морелли) критиковали буржуазное общество и требовали перехода к обществу, обеспечивающему всем равное право на свободу и пользование жизненными благами.

Французский революционер Г. Бабёф после французской революции 1789–1794 годов впервые поставил практическую задачу свершении коммунистической революции и обосновал необходимость диктатуры пролетариата.

Новое направление критико-утопического социализма возникло в первой четверти XIX века в обстановке нарастающих противоречий между пролетариатом и буржуазией. Поскольку рабочее движение было еще стихийным, утопический социализм, воплощая надежды и стремления трудящихся масс, получил тогда широкое распространение.

Представители: А.-К. Сен-Симон и Ш. Фурье во Франции, Р. Оуэн в Англии.

Рассматривая утопический социализм как один из ближайших предшественников научного коммунизма, В. И. Ленин вместе с тем отмечал коренное отличие утопического социализма от научного. Утописты критиковали капиталистическое общество, мечтали об его уничтожении и создавали фантазии о лучшем строе. Но утопический социализм «не мог указать действительного выхода. Он не умел ни разъяснить сущность наемного рабства при капитализме, ни открыть законы его развития, ни найти ту общественную силу, которая способна стать творцом нового общества».

Главная заслуга утопических социалистов – критика с материалистических позиций капитализма, его пороков, противоречий. Так, Фурье видел противоречие между буржуазией и пролетариатом. Для Оуэна был ясен факт эксплуатации рабочего класса. Но утописты совершенно не понимали, что классовая борьба – это движущая сила истории, и не видели всемирно-исторической роли рабочего класса.

Одной из заслуг социалистов-утопистов является исторический подход к общественному развитию. Они считали, что капиталистический строй является преходящим, и требовали создания нового общественного строя. Но переход к социализму мыслился посредством просвещения, распространения в массах социалистических идей. Утописты обращались к буржуазии с призывами перестроить мир, но проходили мимо рабочего движения. В этом проявляется аполитичность утопического социализма.

Социалисты-утописты мечтали об идеальном строе общества, которое будет основано на общественной собственности и коллективном труде, будет руководствоваться принципом распределения «по способностям». Они изображали общество будущего как общество изобилия, которое обеспечит удовлетворение человеческих потребностей и расцвет личности. Но в то же время они обращали больше внимания на детальное устройство такого общества (особенно Фурье), чем на средства его достижения.

То ценное и прогрессивное, что заключалось в учении утопистов-социалистов – критика буржуазного строя – способствовало просвещению рабочих. Зародыши гениальных идей об особенностях развития капитализма и перспективах будущего социалистического строя были высоко оценены К. Марксом и Ф. Энгельсом. Они восприняли из наследия утопистов все ценное, дав ему научное обоснование.

Идеи и практика последователей социалистов-утопистов в условиях развивающегося рабочего движения, появления учения К. Маркса становятся реакционными, мешающими пролетарской организации.

В России утопический социализм принял форму крестьянского социализма, но, в отличие от западноевропейского утопического социализма, отвергающего революционный путь преобразований, его идеи переплетаются с революционно-демократическими идеями. А. И. Герцен, Н. Г. Чернышевский, Н. А. Добролюбов ориентировались на крестьянскую революцию, не видя из-за неразвитости в то время русской экономики истинного творца революционных преобразований – пролетариат.

Утопический социализм

Мечтания, проекты и учения о коренном преобразовании общества на социалистических началах, не опирающиеся на знание законов общественного развития и его движущих сил. Понятие «У. с.» происходит от названия сочинения Т. Мора «Утопия» (1516). «... Первоначальный социализм был утопическим социализмом. Он критиковал капиталистическое общество, осуждал, проклинал его, мечтал об уничтожении его, фантазировал о лучшем строе, убеждал богатых в безнравственности эксплуатации. Но утопический социализм не мог указать действительного выхода. Он не умел ни разъяснить сущность наемного рабства при капитализме, ни открыть законы его развития, ни найти общественную силу, которая способна стать творцом нового общества»

(Ленин В. И., Полн. собр. соч., 5 изд., т. 23, с. 46).

Возникновение мечтаний, содержавших зародышевые элементы социалистических идей, выражало реакцию трудящихся масс на появление частной собственности, классового неравенства и эксплуатации, их освободительные устремления и вместе с тем идейную и политическую слабость. В придании смутным чаяниям эксплуатируемых классов более сознательные формы важнейшая роль принадлежала интеллигенции, передовые представители которой в течение многих столетий обосновывали идеалы справедливого общества без классового гнёта и эксплуатации, однако исходили из идеалистических, моралистических, волюнтаристских, религиозных, подчас мессианистских воззрений.

Зародышевой формой идей У. с. у всех народов была легенда о прошлом «золотом веке», рисовавшая в идеализированном виде общинный строй и господствовавшее в нём социальное равенство людей. Подобные фантастические изображения встречаются в фольклоре и в обществ. мысли народов Древнего Египта, Передней Азии, Индии, Китая и Юго-Восточной Азии. В античной Греции легенда о «золотом веке» развивалась в дискуссиях мыслителей об общественном неравенстве и «естественном» состоянии общества, об уравнительном строе Спарты, социальных реформах Солона в Афинах, в платоновской утопии кастового «коммунизма», а также в сказочных повествованиях о странах «золотого века», найденных путешественниками на островах в Индийском океане (Эвгемер, Ямбул).

Большое значение для становления У. с. имело социальное учение раннего христианства, проповедовавшее общечеловеческое равенство и братство людей, евангельский идеал общинного патриархального строя с потребительским коммунизмом в быту. Однако, всё более проникаясь проповедью примирения с земным злом и обещанием компенсации социальной несправедливости в потустороннем мире, христианство направило утопическую мысль в русло религиозной утопии, затормозив тем самым развитие социалистических идей.

В средние века идейной оболочкой борьбы трудовых низов против эксплуатации стали хилиастические (см. Хилиазм) упования религиозных еретических сект (вальденсов, катаров, лоллардов, таборитов, анабаптистов и др.), которые объявляли источником гнёта и социального неравенства отступничество церкви и господствующих классов от идеалов первоначального христианства. Даже когда этот религиозный сектантский коммунизм вливался в поток антифеодальных восстаний крестьян, городской бедноты и рабочих позднего средневековья, выдвигавшийся его идеологами (Т. Мюнцер и др.) коммунистический идеал оставался скудным, отсталым и оторванным от реального исторического процесса.

В идеях У. с. 16 в. содержались уже первые элементы глубокой критики нарождавшегося буржуазного общества и сознания того, что осуществление гуманистических идеалов требует подлинно человечного, коммунистического общества. В коммунистических утопиях Т. Мора и Т. Кампанеллы У. с. сделал важнейший шаг вперёд от идеи общности потребления к идее общественной собственности и организации хозяйственной жизни общества как единого целого; от идеала замкнутой патриархальной общины к идеалу крупного политического образования в виде города или федерации городов, к признанию важнейшей роли государственной власти в утверждении основ разумного общественного строя.

В У. с. периода раннего капитализма усилились исходные рационалистические элементы. Франц. У. с. эпохи Просвещения на основе требований разума и «естественного права» критиковал буржуазное общество и утверждал необходимость коммунистического общества как единственно рационального и отвечающего равному праву всех людей на свободу и пользование жизненными благами. Этот вариант «золотого века», который проповедовался в утопических романах-путешествиях, повествовавших об обществах «добрых дикарей» с естественным строем «общности имуществ», получил более чёткое обоснование в коммунистических трактатах 18 в. Материалистическое и атеистическое «Завещание» франц. утопического коммуниста Ж. Мелье призывало крестьян к революционному ниспровержению феодализма, королевской власти, дворян и церковников и к переустройству общества. В середине 18 в. Г. Мабли и Морелли выступили с рационалистическими проектами коммунистического общества, осуществляющего принципы «совершенного равенства» всех людей, права на труд и обязательности труда для всех членов общества.

В эгалитарной идеологии «социализма равенства» мелких тружеников-хозяйчиков, в мелкобуржуазных построениях Ж. Ж. Руссо и его последователей обозначилась струя «рабочего эгалитаризма», питавшаяся иллюзиями тех прослоек сельского и городского предпролетариата, которые ещё уповали на возможность уничтожения эксплуататорской системы наёмного труда посредством уравнительного передела земли.

Великая французская революция принесла с собой революционизирование идей У. с., смыкавшихся с борьбой трудовых низов города и деревни. Идеологи массовых эгалитаристских движений переходили к требованию всеобщего уравнительного передела земли и подходили также к программе уравнительного ограничения торговой и промышленной собственности, всеобщего ограничения собственнических прав и подчинения их интересам и строгому контролю общества («Социальный кружок», «Бешеные», левые Якобинцы).

Решающий перелом в развитии коммунистических идей осуществил Г. Бабёф, выработавший программу «Заговора во имя равенства» с практической задачей свершения коммунистической революции и впервые обосновывавший необходимость революционной диктатуры. Представляя идеологию главным образом доиндустриального пролетариата, бабувизм строил идеал коммунистического общества как аграрного и ремесленного, с мелким производством на основе ручного труда и проповедовал грубую уравнительность, всеобщий аскетизм, негативное отношение к умственному труду и его представителям.

К важнейшему историческому рубежу в развитии У. с. подошли в начале 19 в. великие социалисты-утописты К. А. Сен-Симон, Ш. Фурье и Р. Оуэн, c особой силой выразившие разочарование буржуазным обществом самых передовых представителей его интеллигенции. Они создали новое направление критико-утопического социализма и коммунизма, вскрыли царящую при капитализме анархию производства, противоположность частнособственнических интересов интересам общества, преобладание паразитических элементов над производительными, фальшь разглагольствований о «правах человека» без обеспечения ему права на труд, моральное разложение господствующих классов и растлевающее воздействие капитализма на личность.

Критико-утопический социализм в своих произвольных, фантастических исторических конструкциях утверждал вместе с тем понимание закономерности смены форм собственности и основанных на них форм производства в поступательном развитии человечества; он видел первоочередную задачу общественного преобразования в создании крупного общественного производства, основанного на свободном труде и планомерно применяющего достижения науки и техники. Преодолевая представление о всеобщем аскетизме и уравнительности при социалистическом строе, критико-утопический социализм выдвинул социалистический принцип распределения «по способностям» и изобразил будущее общество как общество изобилия, обеспечивающее удовлетворение человеческих потребностей и расцвет личности.

Высказав ряд гениальных догадок и зародышевых концепций материалистического историзма, Сен-Симон, Фурье, Оуэн и их ученики всё же не сходили с почвы идеалистического мировоззрения. Они считали конечной движущей пружиной общественно-исторического развития смену религиозных и нравственных идей общества, не понимали важнейшей исторической роли классовой борьбы народных масс и видели в пролетариате лишь страдающий класс. Для укрепления сотрудничества пролетариата и буржуазии критико-утопический социализм возрождал религиозные идеи.

«Значение критико-утопического социализма и коммунизма, - писали К. Маркс и Ф. Энгельс, - стоит в обратном отношении к историческому развитию. По мере того как развивается и принимает все более определенные формы борьба классов, это фантастическое стремление возвыситься над ней, это преодоление ее фантастическим путем лишается всякого практического смысла и всякого теоретического оправдания. Поэтому, если основатели этих систем и были во многих отношениях революционны, то их ученики всегда образуют реакционные секты»

(Соч., 2 изд., т. 4, с. 456). Подобными сектами стали сенсимонизм (Б. П. Анфантен, С.-А. Базар и др.), фурьеризм (В. Консидеран) и оуэнизм.

Идеи критико-утопического социализма были восприняты последующими течениями У. с., внутри которого усилилась дифференциация буржуазного и пролетарского направлений. Во Франции в 30-40-х гг. 19 в. наряду с эпигонским сенсимонизмом и фурьеризмом сформировались многочисленные родственные течения буржуазного и мелкобуржуазного социализма. Эти школы реакционного и консервативного У. с. подвергали критике капитализм и выдвигали утопические проекты восстановления докапиталистических форм хозяйства либо объединения мелких хозяев против крупного капитала. Защищая с мелкобуржуазных позиций рабочий класс и пропагандируя как средство постепенного мирного переустройства создание производит. ассоциаций (Б. Бюше, Л. Блан, П. Леру, К. Пеккёр) либо ассоциаций «справедливого» эквивалентного товарообмена (Дж. Грей, П. Ж. Прудон), они получили отклик в мелкобуржуазных прослойках рабочего класса. Напротив, передовые элементы рабочего движения находили выражение своих революционных устремлений в утопическом коммунизме, провозглашавшем необходимость немедленного коренного переустройства всего общества на началах «общности имуществ».

В недрах революционных тайных организаций 30-40-х гг. 19 в. кристаллизовались учения необабувистского коммунизма, возродившего идеи «глобального» коммунистического переустройства общества посредством революционного переворота и революционной диктатуры (Т. Дезами (См. Дез...), Л. О. Бланки, В. Вейтлинг и др.). Большую популярность в рабочей среде приобрела также пропаганда Э. Кабе мирного коммунистического переустройства общества. Теоретики утопического коммунизма 30-40-х гг. сформулировали важнейший принцип коммунистического распределения: «от каждого - по способностям, каждому - по потребностям».

Однако утопический коммунизм, как и У. с. этого периода, в целом не смог преодолеть религиозное наследие общественной мысли, нередко ссылался на традиции евангельского коммунизма (Кабе, Вейтлинг, Эскирос) и подчас выливался в борьбу конкурирующих сект. Высшего развития материалистические тенденции У. с. достигли лишь в России, в воззрениях А. И. Герцена и Н. Г. Чернышевского.

У. с. стремился построить совершенную социальную систему, исходя из отвлечённых принципов разума, справедливости свободы, равенства и братства, «... вместо того, чтобы источником науки делать критическое познание исторического движения, движения, которое само создает материальные условия освобождения»

(Маркс К., там же, т. 16, с. 27).

Революционный переворот в социалистических и коммунистических идеях был осуществлен Марксом и Энгельсом (см. Марксизм-ленинизм, Научный коммунизм). Марксизм превратил социализм из утопии в науку, доказав, что социализм есть не осуществление абстрактных принципов справедливости и разума, а закономерный результат исторического развития общества и классовой борьбы пролетариата, объединяющего вокруг себя всех трудящихся. Преодоленный в научном коммунизме, У. с. как великое достижение общественной мысли явился одним из его важнейших идейных источников.

После возникновения научного коммунизма У. с. потерял своё прежнее историческое значение. Однако процесс последующего формирования рабочего класса и втягивания новых его слоев в революционное движение сопровождался возрождением в новых формах идеологии У. с. и повторением её иллюзий и ошибок. Наряду с этим в условиях зрелого капитализма дальнейшее разорение непролетарских слоев трудящихся и нарождение новых средних слоев населения капиталистических стран неизбежно приводят к возрождению разнообразных отсталых и реакционных идей утопического мелкобуржуазного социализма.

Современые идеологи буржуазии нередко выступают с прямой апологетикой домарксовского У. с., стремясь подорвать притягательную силу марксизма-ленинизма и повернуть развитие социализма от науки к утопии. Наконец, в современную эпоху в развивающихся странах также возникают идеи У. с., в которых отражаются умонастроения мелкобуржуазного и полупролетарского населения и их антиимпериалистические и национально-освободительные устремления. В этих идеях эклектически сочетаются элементы научного социализма, У. с., национализма и религиозных верований. Во многих случаях эти построения отражают революционные настроения масс и передовой интеллигенции, стремление их к решительной борьбе с империализмом, к некапиталистического пути развития. Подобный У. с. способен воспринимать идеи научного коммунизма и развиваться по пути сближения с ним и постепенного перехода на его позиции. См. также ст. Утопия.

Источн.: Волгин В. П. (сост.), Предшественники современного социализма в отрывках 113 их произведений, ч. 1, М. - Л., 1928; Предшественники научного социализма, под общ. ред. В. П, Волгина, т. 1-27, М. - Л., 1947-61; Утопический роман XVI-XVII вв., М., 1971; Lesprecurseursfranais du socialisme. Textes reunis et presentes par М. Leroy, P., 1948; Bravo G. М., Les socialism tes avant Marx, v. 1-3, P., 1970.

Лит.: Маркс К., Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 2, с. 132 - 51; т. 3, с. 457-544; т. 4, с. 448-57; т. 19, с. 185-230; т. 21, с. 214-32; Ленин В. И., Полн. собр. соч., 5 изд., т. 6, с. 22-31; т. 12, с. 39-48; т. 21, с. 255-62, с. 400-406; т. 22, с. 117-121; Каутский К., Предшественники новейшего социализма, 4 изд., т. 1-2, М. - Л., 1924-25; Волгин В. П., История социалистических идей, ч. 1-2, М. - Л., 1928-31; его же, Французский утопический коммунизм, М., 1960; его же, Очерки истории социалистических идей с древности до конца XVIII в., М., 1975; Плеханов Г. В., Утопический социализм XIX в., М., 1958; История социалистических учений. Сб. ст., [т.] 1-2, М., 1962-1964; Кан С. Б.. История социалистических идей (до возникновения марксизма), М., 1967; Cole G. D. H., A history of socialist thought, v. 1-2, L., 1953-54; Ramm Th., Die groben Sozialisten als Rechts und Sozial-philosophen, Bdl. Stuttg., 1955; Bravo G. M., Storia del socialismo, 1789-1848, Roma, 1971; Mumford L., The story of Utopias, N. Y., 1962; Histoire Generale du socialisme, publiee sous la direction de Jacques Droz, t. 1, P., 1972.

Н. Е. Застенкер.