ГОСУДАРСТВЕННОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПРОГРАММИРОВАНИЕ ПРИ КАПИТАЛИЗМЕ

Государственное экономическое программирование при капитализме

Комплекс мер государственно-монополистического регулирования экономики, осуществляемых на основе предварительно выработанных государственных планов (программ). Задача программирования – увязать все направления и методы государственной экономической политики в единую систему мероприятий во имя достижения определенных целей: стабилизации экономического роста, замедления инфляционного увеличения цен, устранения отраслевых или территориальных диспропорций, сбалансированности внешнеэкономических связей. Важнейшей функцией государственного экономического программирования при капитализме является формирование экономической стратегии правящего класса. Оно призвано, с одной стороны, ориентировать частный предпринимательский сектор в перспективах экономического развития, с другой – наметить сферы и задачи государственного вмешательства во имя достижения выдвигаемых целей.

В развитии государственного экономического программирования при капитализме нашел отражение процесс роста обобществления производства и капитала в условиях современного государственно-монополистического капитализма. После второй мировой войны государственное программирование прошло путь от единичных отраслевых программ (программа развития судостроения в Италии, программа реконструкции черной металлургии в Англии) до системы взаимосвязанных общенациональных программ, охватывающих как экономику в целом, так и ее отдельные секторы. Местные региональные и отраслевые программы рассматриваются в качестве составных частей общенациональных программ.

Государственное экономическое программирование при капитализме носит среднесрочный или долгосрочный характер. Среднесрочные программы (на 3–5 лет) представляют собой текущие, периодически обновляемые правительственные планы. Ежегодно, как правило, они конкретизируются в краткосрочных программных документах правительства. Долгосрочные программы (на 10–20 лет) являются фактически прогнозами развития страны в целом или отдельных секторов экономики, таких, как энергетика, сельское хозяйство и так далее.

В США в качестве краткосрочных программ государственной экономической политики выступают проекты исполнения государственного бюджета. Во Франции регулярно разрабатываются и принимаются общенациональные планы (например, VIII план на 1981–1985 годов, дополненный переходным планом на 1982–1983 годов). За послевоенные десятилетия в Японии было принято девять программ, включая ныне действующий план на 1979–1986 годов. В других развитых странах капитализма кризисный период 70–80-х годов привел к частичной дезорганизации системы программирования. Так, в Италии на протяжении целого десятилетия правительству не удавалось выработать среднесрочной экономической программы, которая бы получила одобрение парламента.

В рамках Европейского экономического сообщества предприняты попытки программирования на международной основе. За период 60–80-х годов консультативным Комитетом по среднесрочной экономической политике было подготовлено пять программ – прогнозов развития экономики стран-членов. Они весьма далеки от реальности, так как игнорируют циклический характер развития капиталистической экономики.

В ведущих странах Западной Европы и в Японии созданы специальные государственные органы, разрабатывающие государственные общенациональные программы (например, комиссариат по планированию во Франции, министерство бюджета и экономического программирования в Италии). К выработке программ постоянно привлекаются объединения предпринимателей, торговые палаты, представители ведущих монополистических группировок, эксперты центральных банков. По принятой в ряде стран процедуре среднесрочные общенациональные программы готовятся учреждениями исполнительной власти и выносятся затем на одобрение в законодательные органы.

В основе любой программы лежит статистическое исследование существующего положения и построение экономико-математической модели будущего развития. Программирование на Западе носит характер рекомендательного, «индикативного» планирования, поскольку принятые государственными органами программы не являются обязательными для частного капитала. Для привлечения частных предпринимателей к реализации выдвигаемых задач используются субсидии, налоговые скидки, льготное кредитование, крупные государственные заказы. В ряде стран с частными фирмами заключаются специальные контракты на исполнение программы.

Эти меры приносят определенный эффект в периоды экономических подъемов, когда выполнение программы дополнительно стимулирует конъюнктуру и обещает повышение прибылей. В условиях же экономических спадов частный монополистический капитал соглашается сотрудничать в выполнении государственных программ только в том случае, если в них четко выдержана линия на перекладывание издержек кризиса на плечи трудящихся.

В 70-е годы с особой отчетливостью проявились антирабочая классовая природа государственного программирования. Антиинфляционная политика, проводимая в ряде капиталистических стран, приводит к блокированию роста реальной заработной платы трудящихся, к сокращению ассигнований государственного бюджета на социальные нужды. При этом ухудшается материальное положение большинства трудящихся, возрастает безработица. Стратегия монополий встречает все более сильное сопротивление трудящихся, профсоюзов, всех демократических сил. Во главе борьбы стоят коммунистические и рабочие партии, требующие полного пересмотра принципов государственного программирования. Ими выдвигается концепция демократического программирования экономики, которое обеспечивало бы участие трудящихся в решении основных социально-экономических проблем во имя глубокой перестройки самих основ общественного устройства.

Основной экономический закон капитализма

Закон движения капиталистической экономики, содержание которого определяется основным производственным отношением капитализма между наёмным трудом и капиталом как процесса производства и присвоения прибавочной стоимости (см. Стоимости закон). Образует механизм капиталистического способа производства и основанного на нём способа присвоения, то «кристаллизационное ядро», вокруг которого сложился весь капиталистический общественный строй (см. Ф. Энгельс, в кн.: Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 20, с. 211). Это отношение представляет собой «... скрытую основу всего общественного строя...» капитализма (Маркс К., там же, т. 25, ч. 2, с. 354). Сущность О. э. з. к. была вскрыта К. Марксом, его теорией прибавочной стоимости. Хотя Маркс не применял термин «О. э. з. к.», он выявил закон прибавочной стоимости как абсолютный закон капиталистического способа производства. Цель и побудительный мотив, характеризующие сущность капиталистического производства, - это «... получение прибавочной стоимости и ее капитализация, т. е. накопление» (Маркс К., там же, т. 24, с. 573). О. э. з. к. характеризуется не только производством и накоплением прибавочной стоимости, образующими специфическое содержание деятельности и сущность капитала, но и одновременным созданием и присвоением работниками наёмного труда стоимости необходимого продукта, равного стоимости потребляемого в процессе производства товара рабочая сила. Стоимость, создаваемая необходимым трудом, образует непосредственный экономический мотив трудовой деятельности и главное материальное условие существования работников наёмного труда - основной части населения капиталистических стран. Это составляет вторую (не главную) сторону О. э. з. к., исследованную Марксом в теории рабочей силы как товара. производство прибавочной стоимости и стоимости необходимого продукта образует диалектическое единство и тождество противоположностей, они предполагают и обусловливают друг друга. Ф. Энгельс сформулировал О. э. з. к. как закон стоимости в его специфической форме - закона прибавочной стоимости, отнюдь не отменяющего закона стоимости рабочей силы (см. там же, т. 20, с. 210-11, 322-24).

О. э. з. к. начинает действовать в тех исторических условиях, когда проявляются два главных признака капитализма, характеризующих его как новый по сравнению с феодализмом способ производства. Во-первых, это высшая ступень развития товарного производства, когда рабочая сила становится товаром, т. е. необходимый продукт уже принял форму стоимости, идущей на воспроизводство человека как главной производительной силы общества. Во-вторых, это производство прибавочного продукта в форме прибавочной стоимости, воплощающейся в средствах производства, господствующих над наёмным трудом. По мере становления капитализма О. э. з. к. действует всё более полно, определяя основные процессы функционирования и роста его экономики, развития и обострения его противоречий и антагонизма двух основных классов.

Производство прибавочной стоимости образует основу всего механизма О. э. з. к. порождает постоянную тенденцию капитала к удлинению рабочего дня, понижению заработной платы, доли наёмного труда в национальном доходе, к закабалению и ограблению народов др. стран. Этой тенденции соответствуют 2 способа усиления эксплуатации - производство абсолютной и относительной прибавочной стоимости. Вторая сторона О. э. з. к. порождает противодействующую тенденцию, которая проявляется в борьбе пролетариата за фабричное, трудовое и социальное законодательство, за сокращение рабочего дня (См. Фотография рабочего дня), увеличение заработной платы. Столкновение этих тенденций проявляется в изменениях степени эксплуатации пролетариата, выражающейся в норме прибавочной стоимости.

О. э. з. к. действует на всём протяжении развития капиталистического способа производства, но формы его проявления на разных стадиях различны. Уже в эпоху домонополистического капитализма действие этого закона проявлялось в превращенном виде - через законы средней нормы прибыли и цены производства, регулирующие движение капиталов и рабочей силы между отраслями производства. В эпоху Империализма и общего кризиса капитализма ещё более сложными формами его проявления становятся Монопольная прибыль и Монопольная цена. Действие О. э. з. к. углубляет и обостряет основное противоречие капитализма - противоречие между общественным характером производства и частнокапиталистическим присвоением, усугубляя недостаточное удовлетворение материальных и особенно духовных потребностей масс, анархию мирового капиталистического хозяйства, кризисы и безработицу, подготавливает условия для революционной замены капитализма социализмом. О. э. з. к. имеет решающее значение в формировании классовой структуры общества.

«... Именно эксплуатация наемного труда является базисом всего современного грабительского строя, именно она вызывает деление общества на непримиримо-противоположные классы, и только с точки зрения этой классовой борьбы можно последовательно оценить все остальные проявления эксплуатации...»

(Ленин В. И., Полное собрание сочинений, 5 изд., т. 7, с. 45).

Рост удельного веса работников умственного труда (до 50% работающих по найму) в условиях современных развитых капиталистических стран используется ревизионистами для утверждения, что это ведёт к сужению сферы действия закона прибавочной стоимости, к затуханию классовых противоречий капитализма, к его постепенной депролетаризации и трансформации в социализм. Они повторяют выдвинутое А. Смитом и опровергнутое К. Марксом «примитивное воззрение, согласно которому прибавочная стоимость непременно должна быть выражена в каком-нибудь материальном продукте...» (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 46, ч. 1, с. 285). На деле же всё большая часть работников умственного труда, оказываясь в сфере капиталистической эксплуатации, также, создавая своим трудом прибавочную стоимость, входит в состав совокупного рабочего. Если в ходе промышленного переворота 19 в. закон прибавочной стоимости окончательно подчинил себе промышленность, то с развитием капитализма вширь и вглубь и особенно в условиях научно-технической революции 20 в. он становится регулятором всех сторон общественного воспроизводства. Это тормозит дальнейшее развитие производительных сил и обостряет социальные антагонизмы капитализма, обрекая его на неизбежную гибель.

Официальная экономическая наука капиталистических стран ведёт непрерывную борьбу против марксистской теории О. э. з. к. В 20 в. возник ряд новых буржуазных и мелкобуржуазных теорий прибавочной стоимости (австрийского экономиста И. Шумпетера, немецкого - О. Шпанна, английского - Р. Хоутри, американского - Т. Веблена, французского - А. Афтальона, американского - Ф. Найта, шведского - Г. Мюрдаля, французского - Ю. Брошье, и др.), в той или иной мере направленных против теории Маркса. В целом они игнорируют глубинные процессы производства и распределения стоимости, но уделяют большое внимание изучению практически важных поверхностных, превращенных форм, в которых действует О. э. з. к.

«Центральное ядро современной экономической науки - теория потребительского выбора и теория равновесия обращения и производства...» (Roll Е., A history of economic thought, [N. Y.], 1956, p. 462). Неолиберальная школа считает потребление целью и движущим мотивом капиталистического производства.

«Голоса суверенных потребителей», стихийный товарно-денежный механизм якобы непосредственно определяют, что производится, а система свободной конкуренции, риска и неопределённости, прибылей и убытков - кто и как производит. Неокейнсианство считает это уже пройденным этапом развития экономики, выдвигая в качестве цели корпораций достижение устойчивого планового роста своего производства. Корпорации и государство якобы уже преодолели товарно-денежную стихию и манипулируют потребителями через рекламу, кредит и т.д., а государство успешно регулирует всё производство. Теория неоклассического синтеза пытается занять промежуточные позиции, добавив к неолиберальным взглядам признание господства на рынках гигантских корпораций, движущим мотивом деятельности которых является погоня за максимальной прибылью. Одновременно подчёркивается регулирующая роль государства и государственного сектора. Скрытая общая основа этих течений - теория факторов производства (см. Производительности теории), отрицающая эксплуатацию наёмного труда, антагонистическую классовую структуру, нарастание внутренних противоречий и неизбежность гибели капитализма.

Лит. см. при статьях Капитализм, Прибавочная стоимость.

Ю. А. Васильчук.