ФОРМА И СОДЕРЖАНИЕ

Форма и содержание

Категории материалистической диалектики, имеющие важное значение для понимания процесса развития. Всякий предмет, всякое явление в природе и обществе имеет своё содержание и свою форму. Под содержанием следует понимать наиболее важную сторону предмета, характеризующую самую сущность предмета, основу, проявляющуюся в свойствах и признаках предмета. Форма есть внутренняя организация содержания, то, что связывает элементы содержания воедино и без чего невозможно само содержание. Для большинства идеалистических и метафизических философских систем характерен отрыв формы от содержания. Диалектический материализм рассматривает форму и содержание в единстве, в котором определяющим является содержание. Так, например, содержанием способа производства являются материальные производительные силы. Но материальные производительные силы – это лишь одна сторона производства; другую сторону, его форму, составляют отношения людей друг к другу в процессе производства, т. е. производственные отношения. Производственные отношения как форма определяются производительными силами как содержанием. Каковы уровень, характер производительных сил, таков и тип производственных отношений. Маркс указывал, что водяная мельница даёт общество с сюзереном, феодалом, во главе, а паровая мельница – общество во главе с капиталистом. Марксизм требует оценивать форму не как нечто самостоятельное, а как форму, наполненную определённым содержанием. «Колхоз есть социалистическая форма хозяйственной организации так же, как Советы являются социалистической формой политической организации. Как колхозы, так и Советы являются величайшим завоеванием нашей революции, величайшим завоеванием рабочего класса. Но колхозы и Советы представляют лишь форму организации, правда, социалистическую, но всё же форму организации. Всё зависит от того, какое содержание будет влито в эту форму» (Сталин, т. 13, с. 226).

Враги советского строя пытались использовать форму колхозов, Советов для того, чтобы наполнить их буржуазным, контрреволюционным содержанием. Коммунистическая партия учит по этому не переоценивать форму, памятуя, что форма не играет и не может играть самодовлеющей роли.

Отмечая первенство содержания по отношению к форме, диалектический метод в то же время утверждает, что форма не есть что-то безразличное, пассивное по отношению к содержанию. Если без содержания нет формы, то и без формы нет содержания. Бесформенное содержание перестаёт быть содержанием; лишь в единстве с определённой формой существует данное конкретное содержание. Например, социалистическое по своему содержанию земледелие не может существовать без определённой, т. е. колхозной, формы. Революционная по содержанию и целям своей деятельности партия пролетариата может быть дееспособной лишь при наличии определённой формы организации, т. е. организации, основанной на принципах демократического централизма, строжайшей дисциплине её членов и т. д. Вне этой формы партия пролетариата не может добиться реализации своих целей.

Форма активно воздействует на содержание, содействуя или тормозя его развитие. Например, капиталистические производственные отношения в условиях загнивающего капитализма являются оковами для развития производительных сил, задерживают их дальнейшее развитие. Напротив, новые, социалистические производственные отношения, находящиеся в соответствии с характером производительных сил, являются решающей силой развития производительных сил. Так, в СССР общественная собственность на средства производства находится в полном соответствии с общественным характером процесса производства, в силу чего социалистические производственные отношения являются мощным фактором ускоренного развития производительных сил.

Единство содержания и формы не только не исключает, но предполагает противоречия между ними. Дело в том, что развитие предметов всегда начинается с развития их содержания, которое является наиболее подвижным элементом в предметах и процессах. Вследствие того, что содержание находится в состоянии непрерывного развития, между ним и формой не может быть абсолютного соответствия. Поэтому в процессе развития предметов возникает противоречие между содержанием и формой, которое на первых порах не требует ещё смены существующей формы. Но в дальнейшем происходит нарастание этого противоречия и наступает такой момент, когда форма исчерпывает все свои возможности и превращается в тормоз развития. Таким образом, диалектика взаимосвязи формы и содержания заключается в том, что в процессе своего развития содержание предмета вступает в противоречие, в борьбу со старой формой, уже не соответствующей новому содержанию; противоречие это разрешается путём уничтожения, сбрасывания новым содержанием устаревшей формы. Положение марксизма о том, что между формой и содержанием существует конфликт, надо понимать в том смысле, что конфликт существует не между содержанием и формой вообще, а между старой формой и новым содержанием, которое ищет новую форму и стремится к ней. Так, установленная в результате Великой Октябрьской социалистической революции диктатура пролетариата противоречила буржуазно-парламентарной форме государства. Новое содержание породило новую форму – Советы, явившиеся государственной формой диктатуры пролетариата.

Из диалектического учения о форме и содержании вытекают очень важные практические и политические выводы. Если содержание определяет форму, то нужно всю работу по строительству социализма, по дальнейшему укреплению и развитию Советов, колхозов, советской культуры и т. д. вести так, чтобы обеспечить их социалистическое содержание. Если форма не есть нечто безразличное, пассивное по отношению к содержанию, то не безразлично, какова форма того или иного явления. Например, только национальная форма советской культуры способствует на данном историческом этапе развитию социалистического содержания нашей культуры. Только Советы как государственная форма диктатуры пролетариата в СССР способствуют развитию и укреплению социалистического государства и т. д. Коммунистическая партия своими руководящими указаниями направляет советское искусство по пути социалистического реализма, борясь против всякой разновидности буржуазного формализма, чуждого социалистической культуре. Формализм означает отрыв искусства от общественной жизни, от борьбы народа за коммунизм, превращение формы в самодовлеющую цель. В своих постановлениях по идеологическим вопросам Центральный Комитет Коммунистической партии подверг резкой критике буржуазные пережитки в советском искусстве и указал, что только всесторонне отражая жизнь советского народа на основе глубокой идейности, только в тесной связи с интересами борьбы за коммунизм может успешно развиваться советское искусство. Вместе с тем постановления ЦК Коммунистической партии требуют от деятелей искусства дальнейшего совершенствования художественной формы, ибо без совершенной формы невозможно выразить глубокое идейное содержание искусства, невозможно правильное реалистическое отражение действительности.

Необходимо также учитывать, что новое содержание может использовать ту или иную старую форму, не ломая её, а проникая в неё, меняя её природу, приспособляя её к своим целям. Например, в советском обществе используются такие старые экономические формы, как деньги, товары, банки. Однако содержание, функции их по сравнению с капиталистическим обществом коренным образом изменились. От этих старых категорий капитализма сохранилась в социалистической экономике главным образом форма, по существу же они изменились коренным образом в соответствии с потребностями развития социалистического народного хозяйства.

Form and Content

Philosophical categories which serve to bring out the internal sources of the unity, integrity, and development of material objects. Content is the sum total of elements and processes which make up the basis of objects and determine the existence, development, and succession of their forms. The category of Form expresses the internal connection and method of organization, the interaction of a phenomenon's elements and processes both among themselves and with the environment.

The development of Form and Content is the development of the two sides of the same phenomenon, the bifurcation of the whole which gives rise to contradictions and conflicts and leads to the discarding of Form and reshaping of Content. The unity of Form and Content is relative and transient and is upset by changes, conflicts, and struggle between them.

The source of contradictions between Form and Content lies in the difference between their functions in development: Content is the basis of development, Form is the mode of existence of a thing; Content possesses its own motion, Form depends on it; Content contains the intrinsic possibility of boundless development, Form limits it; Content plays the leading role in development. Form possesses relative independence, for it is able both to promote and hamper development, and so on.

A change of Form occurs as a result of a change in Content itself, which determines its leading role in development. Form as such never remains unchanged. But the change, the discarding of Form does not always proceed at once, but most frequently as a result of the gradual sharpening of contradictions between Form and Content. Moreover, external conditions, factors, and connections not related directly to Content also exert a certain influence on the change of Form.

Form possesses a relative independence which is all the greater as Form is older. The stability of Form is a factor which ensures progressive development of Content. But this stability, which at the first stages stimulates development, becomes in time a source of conservatism. Contradictions between Form and Content are not contradictions between passive and active sides. The actual process takes place as a result of their interaction as opposites actively influencing development.

The non-conformity of Form to Content caused by the lag of Form behind Content, though of great significance for development, characterizes only one of its contradictions. The resolution of the contradictions between Form and Content depends on their nature, the degree of their development, and the conditions in which they develop. This resolution can be brought about through a change of Form in conformity with the changes in Content, a change of Content in conformity with the new Form, the discarding of Form, subordination of the old Form to the new Content, and so on.

In transition from one qualitative state to another, the old form is either abolished or transformed. Moreover, the old Form cannot be abolished before the prerequisites and elements for transition to a more improved Form have been prepared within it. This is a dialectical process of "elimination", in which the old Form is seldom discarded completely or absolutely and the new Form does not always at once dominate but begins to prevail gradually; the old Forms ensure development to a lesser degree than the new Forms, and, therefore, the latter assume an ever greater place in time. This feature of the "elimination" of the old Form also creates the possibility for regressive development, the restoration of the old Forms.

The dialectics of Content and Form is strikingly displayed in the constant renewal and progressive development of society.

Содержание и форма

Философские категории, во взаимосвязи которых содержание, будучи определяющей стороной целого, представляет единство всех составных элементов объекта, его свойств, внутренних процессов, связей, противоречий и тенденций, а форма есть внутренняя организация содержания. Отношение С. и ф. характеризуется единством, доходящим до их перехода друг в друга, однако это единство является относительным. Во взаимоотношении С. и ф. содержание представляет подвижную, динамичную сторону целого, а форма охватывает систему устойчивых связей предмета. Возникающее в ходе развития несоответствие С. и ф. в конечном счёте разрешается «сбрасыванием» старой и возникновением новой формы, адекватной развившемуся содержанию.

Категории С. и ф. появляются в древнегреческой философии: первую развитую концепцию формы создала древнегреческая атомистика, в которой форма выражала одну из важнейших определённостей атомов и означала пространственно организованную структуру тела. В истории философии в качестве категории содержания выступало понятие «материя», означающее вещественное первоначало - сохраняющийся субстрат (основу) всех изменений. У Платона понятие формы обозначало реальную определённость тела как некоей целостности, обладающей самостоятельным, независимым от мира природных вещей существованием. С идеалистических позиций решая проблему отношения мира форм (идей) к миру материальных вещей, Платон исходил из того, что чувств, вещи возникают из взаимодействия формы и «материи», причём форме принадлежит определяющая, активная роль.

Наиболее развитую античную концепцию С. и ф. построил Аристотель, который утверждал, что форма есть определённость самих материальных вещей, а телесная вещь есть единство формы и «материи», оформленная «материя». Однако, говоря о мире в целом, он допускал существование неоформленной «материи» и нематериальной формы, обладающей независимым от «материи» существованием и восходящей к «форме форм», т. е. к богу.

В новое время первый шаг к преодолению идеализма в понимании «материи» и формы сделал Дж. Бруно; его идеи развивали Ф. Бэкон, Р. Декарт, Р. Бойль, Т. Гоббс. Если Декарт и его последователи свели всё богатство природных тел к протяжённости и её свойствам, то Бэкон, исходя из многокачественности «материи», выдвигал идею о её примате над формой и об их единстве.

И. Кант выдвинул тезис, согласно которому форма есть принцип упорядочивания, синтезирования «материи», понимаемой как чувственно данное многообразие. Переосмыслив традиционную проблему соотношения «материи» и формы, Кант выдвинул на первый план новый аспект - вопрос о С. и ф. мышления. Для более адекватного выражения сущности отношения между «материей» и формой Г. Гегель вводит категорию «содержание», которая включает форму и «материю» как снятые моменты: содержание объемлет собой как форму, так и «материю». По Гегелю, отношение между С. и ф. есть взаимоотношение диалектических противоположностей, т. е. их взаимопревращение.

К. Маркс и Ф. Энгельс углубили введённое Гегелем различение содержания и материального субстрата вещи («материи»): содержанием, согласно классикам марксизма, является не сам по себе субстрат, а его внутреннее состояние, совокупность процессов, которые характеризуют взаимодействие образующих субстрат элементов между собой и со средой и обусловливают их существование, развитие и смену; в этом смысле само содержание выступает как процесс.

Диалектико-материалистическое понимание формы предполагает рассмотрение её как развивающейся и становящейся структуры; необходимо, по мысли Маркса, «... генетически вывести различные формы...» и понять «... действительный процесс формообразования в его различных фазах» («Теории прибавочной стоимости», в кн.: Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 26, ч. 3, с. 526), с учётом объективной субординации С. и ф.

Развивая марксистский анализ особенностей развития как борьбы С. и ф., составными моментами которой являются взаимопереход С. и ф. и «наполнение» старой формы новым содержанием, В. И. Ленин сформулировал важное положение о том, что «... всякий кризис, даже всякий перелом в развитии, неизбежно ведет к несоответствию старой формы с новым содержанием» (Полн. собр. соч., 5 изд., т. 27, с. 84). Так, например, производственные отношения капитализма на стадии империализма, будучи формой по отношению к производительным силам капиталистического общества, отстают от них и являются тормозом в их развитии. Разрешение противоречий между С. и ф. может протекать по-разному - от полного отбрасывания старой формы, переставшей соответствовать новому содержанию, до использования старых форм, несмотря на существенно изменившееся содержание. Но в последнем случае и форма не остаётся прежней, новое содержание «... может и должно проявить себя в любой форме, и новой и старой, может и должно переродить, победить, подчинить себе все формы, не только новые, но и старые...» (там же, т. 41, с. 89).

Применительно к мышлению проблема взаимоотношения С. и ф. рассматривается в диалектическом материализме на основе принципа, согласно которому мышление отражает объективный мир как содержанием, так и формой. Содержание мышления - это результат отражения в совокупной духовной культуре человечества природных и социальных явлений. В содержание мышления входят все многообразные определения действительности, воспроизводимые сознанием, в том числе её всеобщие связи и отношения; эти последние при определенных условиях приобретают специфически логические функции, выступают в качестве форм мышления. Категориальная структура мышления развивается по мере развития познания, и чем полнее, глубже и всестороннее содержание мышления, тем в более развитых и конкретных формах оно выражается.

Лит.: Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 1, с. 158-59, 280-368; т. 2, с. 143; Маньковский Л. А., Категория формы и ее аспекты (Из логических комментариев к «Капиталу» К. Маркса), «Научные доклады высшей школы, философские науки»,

1958, №3; Лекторский В. А., Проблема субъекта и объекта в классической и современной буржуазной философии, М., 1965; Мамардашвили М. К., Формы и содержание мышления, М., 1968; Науменко Л. К., Монизм как принцип диалектической логики, А.-А., 1968.

В. И. Кураев.

Содержание и форма в искусстве, категории, служащие обозначению основных сторон художественного произведения (и искусства в целом), необходимых друг другу и находящихся в диалектическом взаимодействии как в процессе творчества, так и в историко-художественном процессе. Основной критерий различения содержания (С.) и формы (Ф.) в искусстве - духовный характер С. и материальный характер Ф. С. охватывает те элементы произведения, в которых выражается познание сущности жизненных явлений (тема) и их интеллектуально-эмоциональная оценка, отношение к ним художника (идея произведения). В Ф. принято выделять два слоя - внешнюю и внутреннюю Ф. Внешняя Ф. непосредственно зависит от материала, которым оперирует вид искусства, - словесного, звукового, пластического, жесто-мимического и т.д., поэтому составляющие сё элементы оказываются в каждом виде искусства разными (например, аллитерация, рифма, строфа в поэзии, гармония и полифония в музыке, линия и цвет в живописи, архитектоника и формирование пространства в архитектуре и т.д.). Внутренняя Ф. теснее связана с С., представляя собой его непосредственную образную конкретизацию; её основные элементы, например в эпосе и драме - Сюжет и Характеры персонажей, в музыке - мелодические образы-темы, в пейзажной живописи или поэзии - «характеры» образов природы.

И С., и Ф. в искусстве имеют сложное внутреннее строение, которое определяет структуру целостного произведения (см. Структура литературного произведения). Структура эта иерархическая, т.к. значение разных её слоев неодинаково. С., взятое в целом, является главной, определяющей стороной произведения, ибо оно для того и создаётся, чтобы воплотить мысли и чувства художника о жизни и передать их людям, а Ф. есть средство решения данной задачи и поэтому зависит от С., им детерминируется. Её первая функция поэтому - коммуникативная, делающая Ф.

«языком», призванным выразить С. и «заразить» им, как говорил Л. Толстой, людей. Вместе с тем Ф. в искусстве имеет и относительно самостоятельную собственно-эстетическую ценность: она являет собой мастерство художника, его искусное владение материалом. Восприятие художественного произведения есть поэтому крайне сложный психологический процесс: оно включает в себя наслаждение эстетическими качествами Ф., её понимание как особого языка, выражающего С., переживание самого С. и его интеллектуальное осмысление, постижение и усвоение, наконец, момент сотворчества, поскольку воспринимающий должен с известной степенью активности «достроить» в своём воображении Ф. произведения, обогащая тем самым и его С. (явление «приращения информации» в процессе художественного восприятия).

Хотя и в искусстве, как во всех др. сферах бытия и человеческой деятельности, Ф. зависит от С. и его «обслуживает», здесь она, однако, необыкновенно активна и оказывает на С. решающее обратное воздействие, поэтому «соответствие формы содержанию», их единство (гармония) обычно рассматривается как критерий художественности (см. Художественный образ). При этом необходимо отметить, что в искусстве само С. должно обладать художественной, поэтической ценностью, а Ф. - ценностью эстетической, иначе недостижимо их органическое слияние.

В искусстве С. и Ф. конкретного произведения настолько слитны, что происходит их взаимное отождествление - отсюда невозможность переложить С. художественного произведения в другую Ф., нехудожественную (в Ф. статьи, чертежа) или даже художественную (в Ф. др. вида искусства). В искусстве всякое изменение Ф. ведёт к изменению С., а изменение С. требует коренной переработки Ф., тогда как С. научного сочинения, технического проекта или идеологического трактата допускает различные перекодировки, без ущерба для выражаемой информации.

Марксистско-ленинская эстетика критикует метафизические представления об искусстве, сводящие его к одной только Ф. или к чистой идеологии. Формализм в искусстве возникает тогда, когда относительную самостоятельность Ф. пытаются абсолютизировать или сделать Ф. самоценной, имеющей чисто эстетическое и только эстетическое значение (см. Формализм и «Искусство для искусства»).

Столь же губительна для искусства др. крайность - пренебрежительное отношение к эстетической значимости Ф., признание ценности одного только содержания.

Лит.: Маркс К. и Энгельс Ф., Об искусстве, т. 1-2, М., 1967; Ленин В. И., О литературе и искусстве, М., 1969: Гегель, Сочинения, т. 12, М., 1938; Белинский В. Г., Сочинения А. Пушкина. Статья пятая, Полн. собр. соч., т. 7, М., 1955; Виноградов И., Проблемы содержания и формы литературного произведения, М., 1958; Горанов К., Содержание и форма в искусстве, М., 1962: Каган М. С., Лекции по марксистско-ленинской эстетике, 2 изд., Л., 1971; его же, Библиографический указатель, в кн.: Лекции по марксистско-ленинской эстетике, Л., 1966, раздел 2, гл. 9; Бахтин М. М., Вопросы литературы и эстетики, М., 1975.

М. С. Каган.